Вот вечность бы тут стояла и смотрела на все эти шары, мишуру и гирлянды. В голове пробегает шальная мысль стащить один красный шар на память. И надо мою авантюру провернуть как-то незаметно и ловко.
— У каждого есть желания, — кролик вырывает меня из моих сосредоточенных раздумий.
Раздраженно выхватываю бумажку и ручку. Сажусь на корточки и на коленке вывожу: “Хочу нормального мужика с большим…”, поднимаю взгляд на кролика и с язвительной улыбкой дописываю “членом”.
Я пьяная и себя не контролирую. Я после встречи с Сёмой и его “дело не во мне, а в тебе” выпила дома шесть рюмок водки.
Я планировала разрыдаться, сожрать ведро мороженого, но… Ни слезинки не проронила, однако проснулась агрессия. Все такие счастливые кругом, а меня бросили и никому дела нет, что у меня сердце в клочья.
Кролик отходит, к нему подбегает девица в голубом платье и милом переднике с рюшечками и сует в руки черный цилиндр.
— Сложи в самолетик и кидай. Попадешь в цель, то желание сбудется.
— Серьезно? — фыркаю я. — Может, мне еще стометровку пробежать?
Я понимаю.
Я веду себя отвратительно, но ничего не могу с собой поделать.
— Я очень серьезный кролик, зайка.
Складываю бумажку в кривой самолетик и встаю.
— Точно сбудется?
— Точно, если попадешь.
— Ну, кролик, посмотрим.
Запускаю самолетик. Он летит по дуге, касается края цилиндра, а затем его словно подхватывает ветер. Он резко идет вверх и вправо и врезается в висок того, кого я бы не хотела видеть. Буранова Михаила Ивановича. Моего босса.
— Снежина, — он разворачивается в мою сторону и окидывает недовольным взглядом.
— Что на тебе надето?
— Я заяц.
Он медленно моргает, наклоняется и подхватывает с пола самолетик. Вот блин. По нему сохнут в компании почти все женщины. И старые и молодые. Свободные и замужем. Молодой, чернявый, высокий, статный и холостяк. И очень странно, что он помнит мою фамилию. Я человек маленький. Младший менеджер по персоналу.
Разворачивает самолетик, пробегает глазами по строчке и поднимает удивленный взгляд, а я в ответ скрещиваю руки на груди.
А мне пофиг. Я после Нового Года увольняюсь. Никто еще не знает, а я уже заявление написала. Сегодня, после первых пары рюмок. Прям на кухонном столе. Надоело. Зарплата не ахти, перспективы не светят, потому что в трезвой жизни я тихая и забитая мышь."
"— Насколько большим? — Михаил подходит ко мне и складывает бумажку вчетверо. На его надменном лице ни тени смущения. — В желаниях важна точность, Снежина.
— Двадцать.
