– Убираю волосы.
Лена помогает с застёжкой, и я подхожу к зеркалу.
– Потрясно. Просто шик, детка. Может, босс западёт на тебя?
Шикаю на неё, замечая Алису в дверях. Она смотрит на меня с восхищением.
– Ты такая красивая, мамочка, – подбегает и обнимает.
В такие моменты чувствую угрызения совести. Возможно, это нормально, не знаю. Я была только с одним мужчиной. Кроме Толи – ни с кем. Поцелуи не в счёт. Но смотрю на Алису и не могу не думать, что всё могло бы сложиться иначе. Дети должны жить в полноценных и счастливых семьях.
То, чего в наших отношениях с Толей уже никогда не будет.
– Спасибо, заяц. Ты слушайся тетю Лену, хорошо?
– Хорошо, – кивает она.
Целую её в щёчку и иду обнять Лену, а на самом деле – сказать, чтобы, если Толя появится вечером на пороге, не открывала. А то жди новых проблем, когда он поймет, что меня дома нет. Не то чтобы я его боюсь, но и причин намеренно усугублять не вижу.
– Да не переживай ты, всё будет хорошо, – заверяет она.
Очень хочу на это надеяться. Но ведь говорят: хочешь мира – готовься к войне?
Ещё раз помахав девчонкам, беру сумку и выхожу из квартиры.
Таранов пишет сообщение и спрашивает, готова ли я.
«Готова. Такси должно подъехать с минуты на минуту.»
Я предвкушаю его реакцию и, не думая ни о чём плохом, открываю дверь подъезда… и натыкаюсь на Толю.
Хуже и не придумаешь.
– Картина маслом, – хватает меня за запястье, сжимает так, что от боли вспышки появляются перед глазами. – Так вот зачем тебе развод понадобился? Чтобы по херам скакать, как я и говорил, да? Быстро ты азарт словила.
И как оно?
От ужаса хочется провалиться сквозь землю.
Чёрт. Ну что за невезение? Не могла я быстрее собираться?
– Имею право проводить своё свободное время как хочу.
– Право имеешь? А дочь с кем? Ты разве не её воспитанием должна заниматься?
– Всем, чем необходимо, я занимаюсь. Кормлю, одеваю, вожу в сад, организовываю досуг. Отпусти меня, такси ждет.
Слышу вибрацию в сумке. Короткую. Значит, входящее сообщение. Скорее всего, от Таранова. Жаль, что он сам не приехал за мной.
Хотя, с другой стороны, всегда рядом его не будет. Надо учиться отбиваться самой.
– В дом пошли, на улице не будем говорить, – тащит меня к двери.
– Никуда не пойду! – дёргаюсь и, к счастью, получается вырваться. Отбегаю на пару шагов. – Лена ушла гулять, дома никого нет, и нам с тобой не о чем говорить.
На каблуках неудобно передвигаться быстро, да ещё и с непривычки. Царапнув асфальт, ускоряюсь, хотя у самой пульс стучит, как сумасшедший.
