А тут Таранов, почти незнакомый для неё человек, сам проявляет участие, готов стараться, искать преподавателя, возить на занятия…"
"– Спасибо. И за Сколара тоже. Хотя предполагаю, без давления на моего мужа не обошлось? Суд нас развел в первое же заседание.
– Твой муж сам согласился на развод, значит, на то были причины. Зачем растягивать процесс на три месяца, если все и так предопределено, правда же?
– Наверное, Демьян надавил через работу. Это то, что сейчас ему важнее семьи. Какие-то факты из его биографии? – выдвигаю версию.
– Тем не менее, у тебя в команде сильные специалисты – инициативные и бесстрашные. Мне до такого ещё расти и расти.
– Ты себя недооцениваешь. Ведь ни у кого до тебя не получалось перевернуть в моей устоявшейся жизни все вверх дном.
Эти слова снова греют мое израненное сердце.
Я встаю и подхожу, утыкаюсь лицом ему в плечо и вдыхаю его запах. И мне больше не стыдно за эту крохотную квартиру, за весь хаос в моей жизни, мне просто хорошо рядом с ним.
В его руках. И от того, что он есть.
– У вас, кстати, ничего. Миленько, – словно подслушав мои мысли, говорит он. А может, не хочет, чтобы я снова грустила и переводит тему, как и в кабинете утром.
– Уже и забыл, что может быть так тесно в квартирах? – подыгрываю я, усаживаясь к нему на колени.
Таранов как-то рассказывал, что не всегда был таким обеспеченным, как сейчас.
– Нет, не забыл. Какие-то вещи должны оставаться в памяти. Но если позволишь, то я бы перевез вас куда-то поближе и в лучшие условия.
Да и от моего дома далеко ездить. Вообще не берусь загадывать, как будет. Единственное… не уверен, что нам надо съезжаться. В случае, если накроет приступами… не хочу шокировать Алису. Ты бы ещё раз подумала хорошо, Тань…
– Такой вечер испортить собираешься, Влад? – перебиваю его.
– Я все же юрист, и ты тоже. У нас должно быть в порядке вещей обсуждать детали. Не сейчас – так позднее. Этого не миновать.
Теперь понимаю, кто научил Сколара этой душности.
– Давай все потом, – обнимаю его и целую, прижимаюсь теснее.
За окном уже кромешная темнота, но фонари во дворе все ещё горят, окрашивая наш потолок мерцающим оранжевым светом. Внизу едва слышно разговаривает по телефону запоздалый прохожий. До второго этажа отлично доносятся все звуки, а у нас в квартире тишина, словно весь мир за пределами наших стен выдохнул и стих. Лишь наше дыхание и поцелуи. И еще Алиса, которая может войти в любой момент.
