Он некоторое время постоял перед черной дерматиновой дверью, стараясь справиться с волнением. Оказывается, он очень волновался. Даже не просто волновался, а весь, от горла до ботинок, как будто завязался в узел от страха.
А, черт побери!.. Будь что будет!
Он вытер о джинсы мокрые руки и решительно позвонил Дерматиновая дверь открылась, и за дверью оказался молодой мужик в майке и тренировочных штанах, вытянутых на коленях, — вид исключительно домашний и даже некоторым образом умиротворенный. Чернов от изумления отступил на шаг.
— Вам чего? — спросил мужик с дружелюбным любопытством. — Вам кого надо?
— М-мне… Сашу Волошину, — промычал Чернов почти нечленораздельно.
Этого мужика в майке он в своем плане никак не учитывал, однако же мужик был, вполне реальный, розовый и конкретный, как почему-то определилось у Чернова в голове — А вы… кто? — снова спросил мужик, несколько утратив прежнее умиротворенное дружелюбие. — Вам… зачем?
— Я с работы, — объяснил Чернов, — мне нужно с ней поговорить.
Дома она?
Мужик расправил плечи и смерил Чернова неспешным взглядом — с головы до ног.
— А чего, — начал он, — на работе вы никак не могли поговорить?
Чернову стало смешно.
— Да вы мне скажите, она дома?
— Петька, что ты квартиру студишь?! — внезапно послышалось из глубины полутемного коридора, который вырисовывался у мужика за спиной. — Несет и несет полом, как из трубы! Кто там?
В полумраке обозначилась фигура в легкомысленном ситцевом халате и почему-то в валенках.
— Кто пришел-то, Петь? Спрашивают кого?
— Это ко мне, мамань, — быстро ответил тот, кого называли Петей, хотя Чернов точно знал, что пришел вовсе не к нему.
Вышеупомянутый Петя вдруг шагнул на лестничную площадку, оказавшись нос к носу с Черновым, и плотно притворил за собой дверь.
— Давай проваливай отсюда, — велел он Чернову тихим и грозным голосом, — это моя баба, понял? И нечего шляться, твою мать, если не хочешь по роже схлопотать! А то я тебе мигом устрою! Со мной все братки местные за руку здороваются, так что чесал бы отсюда, козлина вонючая…
— Петя! — послышалось из-за двери.
— Петя, ты с кем там разговариваешь?
— Да я ж сказал, что ко мне пришли, — с досадой проговорил в сторону двери грозный Петя. — Не, ты понял, блин, что тебе тут ловить нечего?
— Понял, понял, — ответил Чернов тоскливо и слегка прихватил Петю за шиворот, — я только одного не понял, дома она или нет.
На душе у него было погано.
