Смотрю на стрелки часов и, увидев, что на часах уже половина одиннадцатого встаю из-за столика и спускаюсь на первый этаж. Нахожу тихое место, достаю мобильный и только сейчас замечаю, что он не работает. То-то за последние два часа у меня не было ни одного звонка с тех пор как я приземлился.
Когда включаю его, на него тут же сыпется сотни сообщений, преимущественно по работе, но номер Кудряшовой тоже присутствует. Нажимаю кнопку вызова, слушаю длинные гудки.
— Господи, Илья, наконец-то! — услышав её голос на душе становится как-то легче.
— Где ты пропадал?
— Я в порядке, Альбин.
Она напряженно сопит в телефонную трубку, а я улыбаюсь, представляя, как она злится. Широко раздувает ноздри, закусывает нижнюю губу.
— Не пропадай так больше.
— Не буду.
— Ты когда прилетаешь? — спрашивает после короткого молчания.
— Послезавтрашним вечерним рейсом. Ждать будешь?
— Я встречу.
Мы ещё немного разговариваем. Я спрашиваю собрала ли она вещи для переезда и как себя чувствует Вика. Мне правда интересно познакомиться с её малышкой.
Уверен, она вырастет такой же красоткой, как и её мама и мне придется отбивать от неё прекрасных принцев.
Я кладу трубку и клятвенно обещаю, что напишу сообщение, когда вернусь в свою питерскую квартиру. Возвращаюсь к нашему с Орловым столику и замечаю, что его самого нет на месте. Зато на диване, закинув ногу на ногу, восседает его любимая дочь Соня.
Глава 37.
Илья.
— Здравствуй, Илья, — Соня улыбается во весь рот и тянется губами к трубочке, торчащей из коктейля.
— Где Дмитрий Алексеевич? — спрашиваю, не здороваясь, и занимаю своё место.
Мы вроде как не прощались с ним, и несколько вопросов так и остались нерешенными.
— Отошел на минуту. Он, кажется, немного перебрал, — хихикает Орлова-младшая, прикрывая рот ладошкой.
С тех пор как Соня вернулась в Питер я попросил Олега перевести её в другой отдел, а личную помощницу подыскать для меня новую. Теперь Соня трудится среди маркетологов и почти не попадается мне на глаза. Таким образом я убил двух зайцев — с Орловым у нас по-прежнему дружеские отношения, а дочь его пристроена у меня в компании.
Дмитрий Алексеевич и правда возвращается через минуту и занимает место возле меня. Его пухлая ладонь тянется к коньяку, пополняя два пузатых бокала.
— Не возражаешь, если Сонька моя с нами посидит? — спрашивает он. — Настало то время, когда отец и дочь вполне случайно могут встретиться в ночном клубе.
— Не возражаю, — равнодушно пожимаю плечами.
