Скоро там уже есть то?
— Скоро-скоро, — бархатистым голосом промурлыкала одна из маркитанток (кажется, та самая, которую звали Марта), подходя к котлу и помешивая черпаком варево, — Если мой рыцарь позволит… — Она взяла одну из мисок, навалила в неё щедрую порцию варева, и соблазнительно покачивая бёдрами подошла ко мне. Немного помедлила, а затем наклонилась вперёд, собираясь передать мне миску. И в этот самый момент одна из лямок её платья «совершенно случайно» сползла на плечо. Миг… И грудь, которую эта самая лямка удерживала внутри платья, вывалилась наружу.
Прямо. Перед. Моим. Лицом.
Не сказать, что это зрелище оставило меня совсем уж равнодушным. Скорее наоборот. Полгода монашества очень живо напомнили о себе, несмотря на всю мою усталость. В этот момент мне оставалось только порадоваться, что здешний генератор внешности, наградил меня, мягко скажем не самыми богатырскими размерами, иначе штаны бы пришлось зашивать.
Впрочем, был ещё кое-кто, кого это действо не оставило равнодушным.
— Достало, — чуть ли не прорычала Айлин, поднимаясь с места.
В два шага она преодолела разделявшее нас расстояние, схватила маркитантку за волосы и чуть ли не поволокла её к телегам. Протащила её с десяток метров под удивлённые взгляды всего отряда, припёрла её к борту одной из повозок и что-то зло зашипела прямо в лицо перепуганной Марте."
"Что именно она говорила, я не слышал. Но и без того было понятно — дело пахло керосином. Та самая последняя ниточка, удерживавшая девушку от срыва, всё-таки лопнула.
Пусть и не по моей вине. Вот только это, похоже, было уже совсем неважно. Ведь именно мне, как командиру отряда, предстояло теперь разбираться в этой сваре. Причём, желательно, так, чтобы этот конфликт решился раз и навсегда. Иначе он будет и дальше мешать всем нормально и спокойно работать. Дерьмо… Ну почему всё это именно сегодня?
Айлин замахнулась и с оттяжкой отвесила маркитантке смачную пощёчину. Послышались сдавленные всхлипы. Блять. Пора с этим цирком заканчивать.
Я встал и быстрым шагом направился к разбушевавшейся парочке.
Вокруг царила гробовая тишина, нарушаемая лишь периодическими всхлипами маркитантки. Взгляды всего лагеря были устремлены на меня.
Айлин снова замахнулась намереваясь отвесить маркитантке новую пощёчину. Но в этот раз довести до конца это дело она не успела. Я перехватил её руку на полпути. Девушка вздрогнула и замерла. А затем зло покосилась на меня.
— Иди к костру, — одними губами прошептал ей я, — Живо.
