Ну так как, дорого эта штука стоит?
— Ежели и правда золото, то прилично, — кивнул Болек, — Может, кто из местных заинтересуется. Если получится продать, то и впрямь сможем покрыть часть затрат. Но всё равно, всё, что вы тут напредлагали — неподъёмная ноша для казны.
— Хорошо, — кивнул я, снова прикладываясь к кубку, — Поговорю с Яношем и попробую убедить его выделить часть оплаты раньше срока. В таком случае, думается мне, бюджет у нас всё-таки не треснет. И последнее… Айлин, нам с тобой, как единственным, оставшимся без занятия, снова предстоит идти на переговоры.
Во-первых, староста нас уже видел и знает, а во-вторых он должен всё-таки объясниться за вчерашнее. Лично.
— Угу, — кивнула девушка, — Дай мне десять минут. Я подготовлюсь, и можем выходить.
— Что ж… — я встал и обвёл всех собравшихся взглядом, — В таком случае это всё. Совет окончен. Собирайтесь, господа и дамы. Нас всех ждёт работа.
Глава 8 «Свобода воли»
Лёгкий весенний ветерок едва слышно перешёптывался с травой. Всхрапывали лошади то и дело шумно начиная хлебать из корыта с водой.
Где-то за палатками раздавался звон тяжелого кузнечного молота.
Солнце давно уже перевалило зенит. Солдаты, отдыхавшие возле палаток, потянулись к лагерному котлу, от которого на всю округу исходил ароматный запах мясной похлёбки. Честно сказать, я и сам был с ними совсем не прочь присесть и набить брюхо, но нам уже нужно было выдвигаться в деревню. Оставалась лишь одна проблема. Айлин всё ещё не было видно.
Я стоял, прислонившись спиной к борту одной из повозок, лениво жевал кусочек вяленой конины и наблюдал за тем, как местное мужичьё трудится в полях.
Четверо кметов неторопливо сопали (копать мотыгой) землю под новые посадки на самом краю пшеничного поля. Рядом с ними на телеге сидел ребёнок лет четырёх и внимательно смотрел за тем, чем занимаются взрослые, не забывая при этом методично обсасывать большой палец на правой руке.
В голову лезли философские мысли о моей нелёгкой судьбе. По правде сказать, не так уж тут всё и плохо.
По крайней мере, заскучать уж точно нельзя. Но такое вот постоянное хождение по лезвию бритвы порой уж больно сильно утомляет. Хочется иногда вот так, просто стоять, созерцать и не думать о будущем. А может и вовсе — пожить некоторое время такой вот, простой жизнью. Конечно, это быстро надоест, но всё-таки передышка мне бы и вправду не помешала. Хотя-бы от «большой политики» в которую меня то и дело пытаются затащить. Зачем? Почему? Хер её знает.
