— Зачем, — я недоумевающе уставился на неё, — По-моему в этом нет никакой…
— Узнаешь, — она улыбнулась и подмигнула мне. Что-то в этой улыбке меня насторожило. Но что именно — я так и не понял, а потому не стал спорить. Расстегнул ремень и стащил с головы тяжелый стальной бацинет. И в следующую же секунду пожалел об этом.
Голова непроизвольно дёрнулась в сторону. Изуродованную шрамами щёку обожгла пульсирующая, резкая боль. Которая, впрочем, начала довольно быстро сходить на нет.
— Мне объяснить за что? Или сам догадаешься? — Айлин скрестила на груди руки и с вызовом посмотрела на меня.
— Твою мать, — выругался я, — У меня же щит мог пропасть…
— Пофиг, — пожала плечами девушка, — Если ты не заметил, мы уже прошли барьер. Вернее, очень похоже на то, что нас через него попросту пропустили. Уж больно легко это прошло.
— Ты права, юная чародейка, — послышался чей-то скрипучий, каркающий голос. Я тут же одним движением напялил шлем обратно и выхватил меч из ножен. Кусты рядом с нами зашевелились, и в следующую секунду сквозь них, продрался сухой низенький мужичок с чёрным чубом на лысой голове и густыми, заплетёнными в косички усами.
Старьёвщик. Или существо, которое на него походило.
Он выбрался на небольшую прогалину, посреди которой мы остановились, посмотрел на меня холодным, ничего не выражающим взглядом, покачал головой и сказал, указывая на мой меч:
— В этом нет необходимости. Здесь вам ничего не угрожает. Идите за мной. Вас уже ждут.
Глава 27 «Логово зверя»
Двигались мы медленно, то и дело продираясь через густые заросли урочища, отгораживающего развалины старой усадьбы от всего остального мира.
Старьёвщик, или существо выдававшее себя за него, шёл впереди, ловко перебираясь через бурелом и обходя глубокие ямы с оплывшими, заросшими мхом краями, на дне которых стояли лужицы мутной дождевой воды. Мы же старались не отставать, но получалось это из рук вон плохо."
"То и дело приходилось прорубать себе путь сквозь густой кустарник там, где старьёвщик каким-то неведомым нам образом просачивался сквозь него, лишь едва раздвинув ветви.
Подолгу задерживаться возле гнилых, поросших влажным мхом завалов, через которые мы перелезали с большим трудом, а он перемахивал двумя-тремя отточенными движениями. Было видно, что он хорошо знал этот лез и не раз уже хаживал здешними тропами.
Впрочем, гнилое урочище скоро кончилось, а вслед за ним потянулся чистый, облагороженный лес, скорее напоминавший ухоженный парк, чем дикие насаждения.
