Собери всех, кто способен держать оружие. Хочу на них посмотреть. Отберём самых способных и завтра поутру пойдем бить бандитов.
— Что, серьёзно? — Одрин крайне наигранно изобразил удивление, — Может быть вашей светлости ещё вина подать и соловьиных язычков запечённых в собственном соку принести? Хотя не, знаешь. Я лучше вашей светлости губу закатаю. Вот этим вот кулаком, — он сжал руку в кулак и потряс у меня перед носом.
Ну да. А кто говорил, что будет легко. Никто. И легко не будет. Как и всегда. Это становится даже немного банальным.
Как говорили классики и работницы древнейших профессий: «Ничего в этом мире не даётся задаром»
— Ты серьёзно? — я помотал головой, отгоняя остатки дурноты, — А силёнок то у тебя хватит выяснить у кого из нас меч длиннее и хрен больше? Или ты только местных вахлаков пиздить горазд?
— Ах ты сука, — капитан вспылил, — Да я меч носил, когда ты, молокосос ещё под стол ходил. Я, сука войну прошёл. Получил личную благодарность от его величества, за проявленную отвагу и маст…
— В таком случае тебе не составит труда победить меня на мечах и доказать, что ты не пиздишь.
Я, как ты выражаешься «молокосос», к тому-же, как можно заметить, — я кивнул на пропитавшийся кровью рукав стёганки, — Раненный. Для опытного бойца…
— Генри, — Бернард положил руку мне на плечо, — Это дерьмовая идея. Фехтовальщик из тебя… Неважный, если говорить мягко.
— Он прав, — поддержала сержанта Айлин, — Кровь я остановила, но если ты…
Я повернулся к ним и молча покачал головой.
Сейчас было не время и не место. К тому-же решение уже принято. Заднюю давать поздно. Особенно теперь, после того, как Одрин заглотил наживку. Удивительно легко, кстати. Обычно, подобная горячность не свойственна опытным командирам. Хотя… Никто и не говорил, что он опытный командир. Кроме того, я унизил капитана на глазах у его собственных людей, поставив под сомнение наличие этого самого опыта.
— Что, уже бежишь под юбку к своей… — попытался подъебнуть меня Одрин, но я его перебил, не позволив этого сделать.
— Не стоит судить обо всех по себе, — я пожал плечами, — Если ты настолько труслив, что позволяешь нагибать себя какому-то отребью, прячущемуся по лесам, это отнюдь не значит, что все такие.
— Берись за меч, — сплюнул Одрин, вытаскивая клинок из ножен, — Или вали нахер. Пиздеть — все горазды. Но не все…
— Горазды подтвердить слова делом, — продолжил за него я, — Я понимаю. Но боевым оружием драться с тобой не буду.
