Либо разбойники докучали ему куда сильнее, чем нам могло показаться на первый взгляд.
— Я прошу передать деревенское ополчение под моё командование. В полном составе, — отрезал я, — Опыта в военных делах у нас всяко побольше вашего. Не один бой уже прошли и не два. С куда более страшным врагом, чем местное отребье. К тому же совместно мы получим почти двухкратное численное преимущество. Нам хватит сил, чтобы решить проблему разбойников раз и навсегда хоть завтра утром.
— Охохо… — покачал головой староста, смерив меня долгим, задумчивым взглядом, — Много вы просите, милсдарь колдун.
Не думаю, что наши люди согласятся встать под ваше командование. Вы для них. Опасный чужак, попрошу заметить. От которого ещё неизвестно, чего ждать. Уверен, добрая половина этих босяков с большим удовольствием бы вздёрнула бы вас на суку, только за то, что вы, значится практикуете своё искусство. Вздёрнула бы, еслиб не закон, — он сделал паузу и выразительно посмотрел на меня, — Установленный мной.
Айлин открыла глаза, помотала головой, отгоняя остатки наваждения.
Мягко коснулась моей руки. От прикосновения по коже тут же пробежали приятные мурашки. Где-то на краю сознания промелькнул обрывок мысли о том, что… Разобрать её я не успел. Обрывок почти сразу потонул в водовороте других, куда более прозаических и конкретных соображений. Девушка снова коснулась моего плеча и коротко кивнула. Мол, сворачиваемся. Как раз вовремя. Разговор уже порядком затянулся.
— Как бы там ни было, — покачал головой я, — У твоих людей есть два варианта.
Либо они встанут под моё начало и вместе с нами выбьют из разбойников всю дурь. Либо эту проблему вы будете решать сами. Других вариантов я не вижу.
— Чтож, — староста опёрся локтями на стол. Холодно посмотрел на меня поверх скрещённых пальцев, — Поступим так. Если тебе удастся убедить Одрина, передать тебе командование, от меня добро ты получишь. Ежели нет… Будем искать другие компромиссы. За труды мы вам доплатим. Но не полный серебрянник. Половину. Вы и так много с нас взяли.
Деревенская казна не может потянуть такие расходы."
"«Твоя казна. Может. Но не хочет» — подумал я про себя, но вслух, конечно-же не сказал. Вместо этого немного помедлил и произнёс.
— Три четверти. Последнее предложение.
— Две трети, — покачал головой Пешик.
— Семьдесят бронзовых альдингов. Без задатков. По факту выполнения работы.
— Идёт, — нехотя уступил староста. Хотя предложение было более чем щедрое, — Что ж, полагаю с делами мы разобрались.
