Сила, которую они так любили, сама же их и уничтожила.
— М-да, поучительная история, — я усмехнулся, — но власть над миром мне не нужна, у меня свои интересы. Но за рассказ спасибо.
— Да не за что, — он пожал плечами, — а теперь вставай, посмотрим, насколько ты силен в схватке. Бить я буду аккуратно, но сильно, так что постарайся не лечь в первую же секунду.
Я встал на ноги, пытаясь понять, как будет выглядеть наша схватка, но Андрей тут же дал мне ответ на этот вопрос. Он отошел на несколько метров, и в его руках появились два светящихся жгута силы.
— Вот это я называю присосками, — он усмехнулся, — достаточно мне коснуться тебя таким вот хлыстом, и всё, ты ляжешь спать, ну или умрешь, зависит от того, как я захочу. Твоя задача — увернуться от моих ударов, посмотрим, насколько тебя хватит."
"Горький тут же перешел к делу, и рядом с моей головой загудел воздух. Попросив Прометея активировать боевые кластеры, я тут же сместился в сторону и сделал два шага вперед. Пока у меня нет дальнобойных атак, у меня всего лишь один вариант: добраться до рукопашной и там попытаться уделать Андрея.
Антимаг явно понял мои намерения, и хлысты начали двигаться с огромной скоростью, но мне каким-то образом удавалось уходить от них.
В какой-то момент я полностью отдался бою и понял, что я тоже могу ударить удаленно. Вот только зачем бить хлыстами, если силу можно оформить в более удобную форму? Я представил себе, как в моих руках появляется небольшой шар силы, и, о чудо, он и правда появился. Небольшой шарик размером с грецкий орех мерно пульсировал в моих руках, и я тут же бросил его в сторону Горького.
Не ожидавший такого поворота Андрей растерялся, и шар коснулся его груди. Тут же на поляне прогремел сильнейший взрыв, и нас откинуло в разные стороны. Лежа на спине, я думал о том, что в принципе мне и так неплохо, зачем вставать?
— Мечников, ты там цел? — голос Горького был хриплым. — Ты чем ударил, парень? Да плевать, как ты вообще отделил силу от своего источника?
— Ну вот так как-то, — я потихоньку сел и осмотрелся вокруг.
Вся поляна была выжжена дотла, а на другом конце стоял голый Горький.
— В общем, так, парень, забудь то, что ты сделал, — Горький покачал головой. — Если кто-то узнает, что ты можешь пользоваться силой вот так, нас обоих закопают по тихой грусти, несмотря на всю нашу ценность. Всё понял? Даже Распутину ничего не говори, он хоть и хороший мужик, но насквозь верен императору. А тот маг и не потерпит рядом с собой прямой угрозы.
