Кажется, не было.
– Тебе кажется. Он был. Неудачно выдавил прыщ.
– Ясненько. Кушать хочешь? – ну я точно больная. Официально признаюсь сама себе – мне нравится его доводить. – Или колбаской наелся? – вместо ответа Потапов лишь усмехается. – Ты сказал, что здесь есть туалет. Отведешь меня? А то мне одной страшно.
– Деточка, а ты не подохерела? Я к тебе в охранники не нанимался.
– Ну, пожалуйста. Тебе сложно, что ли? Мне одной страшно.
И как бы ни припирался, все-таки встает и мы идем к туалету. Я была уверена, что увижу что-то жуткое.
Но знатно офигеваю, когда Потапов открывает дверь и пропускает меня в современный туалет. Э-э-э нет, дружочек. Тяну его за собой и хватаюсь за ремень джинсов.
– Ты что творишь?
– Я привела тебя сюда, для того, чтобы посмотреть, что я там тебе сделала и как заживает твой член, – неотрывно смотрю ему в глаза и расстегиваю ремень. Хватаюсь за пуговицу на его джинсах и стопорюсь в ответ на его спокойствие. – Ты что меня даже не остановишь?
– Ну, если тебе так хочется на него посмотреть, смотри, – невозмутимо произносит Потапов.
– А просто сказать, что у нас не было никакого секса и я тебе ничего не повредила, слабо?
– Как это не было? Так знатно мне еще никто не трахал мозг.
– Это жестоко.
– Все вспомнила?
– Почти, да.
– Вывод сделала?
– Да.
– Какой?
– Ты не такой зануда, как может показаться.
– Это все твои выводы?
– Нет. Ты хамло, грубиян и скотина, но вовсе не мудак. Я бы даже сказала, ты хороший, – Господи, я что реально сказала это вслух?
– Ты только что сказала, что я скотина.
– Поправочка: хорошая скотина.
– И это все выводы?
– Остальные я оставлю при себе.
– Нам уже почти выходить, – хватается за ремень. – Если не собираешься справлять нужды, тогда на выход.
– Стой. Я так и не вспомнила, где мои трусы. Скажи.
– А я откуда знаю. Где сняла, там и возьми.
– Но я не помню, чтобы я их снимала. Я ложилась спать точно в трусах.
– Пить надо меньше, Эля. Тогда бы не спрашивала где труселя. На выход.
Благо на станции не так много людей, которые могут оценить мой прекрасный внешний вид.
А вот огромная собака, летящая аккурат на меня, кажется, сразу оценила мои носки.
– Фу. Помоги, – хватаюсь за руку Потапова.
– Меня зовут Сережа, а не «фу». Не крутись, он просто тебя нюхает.
– Может, она чувствует, что на мне нет трусов?
– Кобель просто унюхал, что ты сучка. С трусами или без – неважно."
"– Что ты имеешь в виду? Принадлежность к женскому роду или сучность в плане характера.
