Как раз надену его на похороны.
– Дай угадаю, радость моя. На мои?
– Взаимопонимание – залог крепких отношений. Кому дали должность заведующего?"
"– Никому. Отделения расформируют только летом.
– Ну так нормально. Для тебя это даже хорошо. Поживешь еще.
– В смысле?
– Холостым я имею в виду. Я думала, если отделения все же разделят в декабре и к новому году ты станешь заведующим, тогда бахнем свадебку двадцать седьмого декабря. А так сам Господь пощадил тебя до августа. Пойду сниму бронь в ресторане и перенесу на август.
Ну вот теперь пациент скорее жив, чем мертв. Напряжение от неудавшейся должности ушло. А на его смену пришло привычно выражение лица, с еле скрываемой насмешкой, аля «деточка, а ты не охренела ли?» Охренела, батенька, а ты и рад стараться.
– Я даже не знаю, что сказать. Ну, разве что у нас была бронь в ресторане?
– Конечно. Разве ты не помнишь? Такая же бронь, как и ты мне обещал поездку на море, а оказались мы в лесу. То есть поставил перед фактом. А теперь ставлю я.
Боже, как мы похожи. Да?
– Я по-прежнему не знаю, что сказать.
– Да и не надо ничего говорить. Просто поблагодари Боженьку за то, что я встретилась на твоем пути.
– Может, еще свечку поставить в церкви? – не скрывая сарказма выдает Сережа.
– Ну, если только за наше здравие, дорогой.
– Эль, ты меня пугаешь.
– Ой, да прям. Всего лишь даю повод переключиться с неудачного для тебя события на любимую меня. И сейчас у тебя появилась прекрасная возможность побеситься от маячившей на волоске свадьбы.
Сережечка, давай откровенно, мне нравится тебя бесить, тебе нравится, когда я тебя бешу. И наоборот. Этакие качели у нас. В реале тебя не заставить делать то, что ты не хочешь на самом деле. Вывод: в глубине души ты хочешь жениться, но тебе нравится меня троллить. Как и мне тебя. Ну извращенцы мы. Что поделать?
– Каждой твари по паре.
– Эмм…извращенцы мне нравятся больше.
– Да один хрен.
– Пойдем, я тебе сейчас подниму настроение, – беру его за руку и веду на кухню.
Усаживаю его за стол и достаю тарелку с колдунами. Кладу рядом сметану и усаживаюсь рядом. Макаю колдунчик в сметану и подношу к его рту. Ну, давай, скажи, что вкусно. Молю.
– Я готовился сказать, что это нормально, как и борщ, а потом вылить, пока ты отвернешься. Но это охеренно вкусно, – о да! Наконец-то.
– Кушай, кушай. В смысле ешь, ешь.
– Никогда не думал, что это скажу. Но надень лучше что-то розовое, чем этот ужас. Сними его нахер.
– Да, пожалуйста.
