Екатерина Игоревна как раз производила надо мной процедуры, а рядом сидела Алисия, впитывая знания.
— Смотри, ты, если участвуешь в бою, не только лечишь, но и впитываешь боль, — вещала главная целительница колледжа, — чужая боль — это тоже сила, которая помогает тебе расти. В этом главное отличие целительницы от обычного мага. Чем чаще твой избранник вступает в бой, тем больше силы ты получаешь.
— Так это ей надо выбирать самого слабого, чтобы его постоянно били, — не выдержал я. Было видно, что фразы Екатерины Игоревны предназначались не только Алисии, но и мне.
— Я не закончила, — она строго посмотрела на меня, заставляя прикусить язык, — кроме боли, ты получаешь излишки магии, которая выплескивается не только в бою, но и во время секса, — эта фраза заставила Алисию покраснеть и смутится, она отвела от меня взгляд, — сильный организм вырабатывает много магии, которая не только оседает в ядре, но и выплескивается наружу. Для этого нужны сильные эмоции, переживания. Драки, секс, потрясения.
— Вот уж чего хотелось бы избегать, — проворчал я.
"
"— Этот объект достаточно интересен, — кивнула Екатерина Игоревна на меня, продолжая поучать Алисию, — правда, на твою беду, у него хороший контроль чувств, что для тебя не так выгодно. В вашей группе отличный вариант — мальчик Елецкий. Там контроль практически отсутствует, ему не помешала бы рядом целительница. Да и тебе это поможет быстрее набрать силы. Хотя в долгосрочной перспективе Виталий — не такой уж плохой вариант. Его потенциал лучше всех в группе.
Так что подумай, что тебе важнее: быстро набраться сил или понемногу, но с длительной перспективой?
— Я уже выбрала, — Алисия упрямо вздернула подбородок и посмотрела мне в глаза. На этот раз уже я отвел взгляд, ощутив, что мое тело слишком сильно среагировало, и в штанах мгновенно стало тесно.
— Тогда ты знаешь, что надо делать, — усмехнулась Екатерина Игоревна, явно заметив мое состояние, — теперь идите, у вас еще один урок остался.
Покинули комнату мы молча. Алисия снова пристроилась за моим плечом.
— Странно все это, — начал я беседу, остановившись у окна, — как ты можешь впитывать боль и при этом усиливаться?
— Ты совсем ничего не знаешь о целителях? — Алисия села на подоконник, свесив ноги, и внимательно посмотрела на меня.
— Мое образование, похоже, сильно хромает. Отец погиб, когда мне было пять лет, а дед, ну, он, по сути, скорее, военный, чем аристократ. Да и учился я в обычной школе, где о таких вещах не рассказывали, — признался ей.
