— Начнем с тебя, как зовут? — Василий Николаевич выбрал первую жертву.
— Аркадий Пономарев!
— Хорошо, Аркадий, сейчас создаешь щит, Гнедой его проявляет, я давлю. Начали!
Гнедой направил свою руку в сторону парня, и я с удивлением увидел, как магия, которую выпускает ученик, начала окрашиваться в темно-коричневый цвет и стала видна невооруженным взглядом. Наблюдать за ней подобным образом было куда как интереснее, чем в магическом зрении. Вот тело парня покрылось пленкой, затем она стала раздуваться, как пузырь, после чего её площадь начала уменьшаться, при этом все сильнее насыщаясь магией.
Когда этот пузырь закрыл половину тела, Аркадий выставил руку ровно по центру и отступил на шаг. Щит так и остался на месте, придерживаемый рукой. Он подвигал им в разные стороны.
— Давлю! — предупредил Василий Николаевич и начал давить ладонью на щит. Сначала слегка, потом сильнее, при это он комментировал свои действия:
— Это сложный щит, который защищает еще и от кинетического удара за счет воздушной прослойки внутри.
Он сделан как бы из шара, который просто сплюснули. Получаются двойная стенка и воздушная прослойка, — ему надоело давить, и преподаватель резко ударил по щиту. Мы увидели, как тот слегка прогнулся, и по нему пробежала волна.
— Больше не могу! — Лицо Аркадия покраснело, а я увидел, что его ядро пошло вразнос, что говорило о приближающемся откате. Я невольно передернул плечами — парня ожидают не самые приятные минуты.
— Все, иди, садись. А лучше ложись там, у стеночки, — Василий Николаевич показал рукой направление, — лежа откат проще пережить.
Сегодня все там побываете! — пообещал он.
Щиты остальных были значительно слабее — просто тонкая пленка, которую ученики научились отделять от тела и придерживать рукой на расстоянии. Я и такого не умел. Василий Николаевич заставил их держать щиты до отката.
— Пока из интересного только щит Аркадия. Вот что значит старая аристократия. Хорошая порода, хорошие учителя. Свои секреты, — он оглядел собравшихся, — отпрыски княжьих родов готовы что-нибудь показать? Если не защитную технику, так атакующую?
Не знаю, сколько у нас таких имелось в классе, но ученики промолчали.
— Мельчает порода, — пробормотал преподаватель, недовольно поджав губы.
— Я умею, — не выдержал Семён Елецкий и сделал шаг вперед.
— Представься и иди к нам, — скомандовал Василий Николаевич.
— Елецкий Семён, сын княжеского рода, — гордо заявил тот.
Встав рядом с преподавателем, он показал достаточно мощный магический диск.
