Несколько заклинаний промелькнуло в воздухе ослепительными вспышками, заставив меня присесть.
— Я же вежливо попросил вас прилечь отдохнуть. Те, кто сейчас этого не сделают, прилягут и подохнут, — в голосе слышалась такая степень равнодушия, что я невольно удивилась. — Обыщите их. Сообщите родственникам пропавших учеников, чтобы они срочно явились в Академию."
"Боевые маги сдирали медальоны, кольца и прочие артефакты с лежащих на полу преподавателей, пока кто-то подошел и накинул мне на плечи плащ. «С первым боем!», — вздохнул какой-то увалень, потрепав меня по голове.
«Неплохо сработала!», — кивнул мне еще один капюшон, пока я стояла ни жива, ни мертва, нервно теребя в руках медальон.
— А теперь, пройдемте в аудиторию. Я проведу для вас урок, — спокойно заметил министр, не обращая на меня никакого внимания. — Поднимайте их.
Дверь первой попавшейся аудитории открылась, а я видела черные, потертые парты, доску с домашним заданием и полустертым заклинанием. Меня втолкнули внутрь, а преподавателей рассаживали за парты.
Возле окон и возле двери стояло молчаливое и суровое оцепление.
Министр уселся в кресло преподавателя, похожее на черный трон, украшенный черепами и заковыристой вязью заклинаний вкупе с символами, которые я уже не выучу, видимо, никогда. Что-то внутри сжималось, пока в кабинете царила угнетающая и удушающая тишина.
— Я жду признаний, — послышался равнодушный голос министра, положившего руки на стол. Черные перчатки обтягивали пальцы, а волосы упали с плеча, волной рассыпаясь по черным доспехам.
Все молчали. Старик — ректор тихо трясся, но почему-то не хотел делиться тем, что собирался увеличивать себе за счет очередного ученика.
— Тема нашего урока: «Уголовно-магический кодекс». Запишите себе на подкорке, — спокойно произнес министр, а мои руки похолодели. Я стояла возле стены, чувствуя, как прогибаются колени. Волна необъяснимого, ни с чем несравнимого страха прошибла меня холодным потом. Боевой маг, стоящий рядом со мной едва заметно покачнулся и выдохнул. Мой взгляд упал на его руку с заклинанием, которая тряслась так же, как и моя.
Волны страха, ужаса и отчаяния накатывали одна за другой, выматывая и угнетая.
— Итак, статья первая. «Предумышленное убийство, совершенное группой лиц по предварительному сговору». Кто пойдет отвечать по этой статье? — снова послышался невозмутимый и спокойный голос, а на доске появилась надпись размашистым почерком.
— Лес рук? Значит, будем рубить.
Преподаватели молчали, опустив головы.
