Алехан вызывал на кулачный бой десяток гренадеров, бился об заклад — на деньги. Весь в крови, но в ногах стойкий, укладывал наземь десятерых. Если старший Иван не успевал деньги у братьев отнять, то они шли в кабак и пропивали все вместе с такими же, как и они, разгульными подругами.
Как уже говорилось, богатырским сложением и необычайной силой отличались все пятеро братьев Орловых, а Григорий выделялся еще и той красотой, которая удивительным образом сочетается с мужской статью и необыкновенной энергией. Выдвинулся он во время Семилетней войны, когда в сражении при Цорндорфе был тяжело ранен, но не покинул поле боя.
Григорий Орлов лично пленил графа Шверина, бывшего адъютантом прусского короля; вместе с пленником был отправлен в Кенигсберг. Там Орлов разбил немало женских сердец, став желанным гостем в домах прусских бюргеров. И впрямь красавцу-гренадеру равных в любви не было, о его неутомимости в постели сплетничало все столичное офицерство.
После возвращения в Петербург Григорий стал адъютантом генерал-фельдцейхмейстера, всесильного графа Петра Шувалова.
При знатном вельможе Орлову жилось весьма вольготно. Но в один из дней, после обеда при дворе, Шувалов принес в Артиллерийскую контору огромный ананас со стола царицы, еще не ведая, что этот заморский фрукт, не без помощи ловеласа-адъютанта, словно бомба, взорвет его счастье и благополучие.
Эту экзотическую диковинку граф и сам не съел, и жену не угостил, а велел своему адъютанту отнести княгине Елене Куракиной. Связь княгини с Шуваловым была известна всему Петербургу.
В старинных мемуарах отмечалось: «Куракина была слишком опытная дама и всегда гордилась, что имела лук Купидона, постоянно натянутый…»
Елена Куракина осталась довольна не только ананасом, но и Григорием. Таким образом, Шувалов сам толкнул адъютанта в объятия своей возлюбленной.
Попутно Григорий вступил в связь с еще одной знатной дамой, графиней Прасковьей Брюс, ближайшей подругой великой княгини Екатерины, будущей императрицы."
"Как-то в ненастный день скучающая великая княгиня обратила внимание на незнакомого офицера.
Она даже подумала: «Вот редкая картина: голова Аполлона на торсе Геракла». Чуть позже, встретив свою подругу, графиню Прасковью Брюс, она обратила внимание на то, что та имеет подозрительно блаженный вид. Тогда графиня и не преминула похвастаться Екатерине, что провела поистине счастливую ночь. И назвала имя своего возлюбленного — Григорий Орлов.
Правда, счастье графини длилось недолго.
