На этот раз их встреча была волнующей и трогательной, а спустя девять месяцев у Полины родился сын Поль, но вопрос об отцовстве до сих пор остается невыясненным, поскольку в тот период у Полины был еще один любовник — известный художник Ари Шеффер, писавший ее портрет. Большинство западных исследователей жизни и творчества Тургенева полагают, что все-таки это был его сын. Кстати, и потомки рода Виардо склоняются к тому же.
Как бы то ни было, Тургенев тогда был по-настоящему счастлив с Полиной. Тем более что их объединяло много общего: любовь к литературе, музыке, театру и вообще к искусству.
Благодаря семейству Виардо Тургенев познакомился и близко сошелся с Флобером, Жорж Санд, Эмилем Золя, другими выдающимися французскими писателями, художниками и артистами. В свою очередь, зная, как эти люди ценили Тургенева, Полина, конечно, гордилась тем, что под ее крылом приютился такой человек. Собственно, семья Виардо стала частицей его жизни: эмоционально он был привязан к Полине, с Луи Виардо его связывала настоящая дружба, и в их семье Тургенев не был в положении человека, которому, по выражению Достоевского, «некуда было идти».
Он уже был не гостем, а стал своим, родным.
Но несомненно, что на горячую привязанность и почти благоговейное отношение Тургенева к Виардо она отвечала лишь дружбой, этой «любовью без крыльев», как говорят французы. А одной дружбы, как бы возвышенна она ни была, для полноты личного счастья все-таки мало. И в последние годы своей жизни он снова испытал чувство, не похожее на одностороннее восхищение, за которое платят одним дружеским расположением, — чувство, гораздо более сильное и острое.
Такими были его отношения с молодой талантливой актрисой Марией Савиной в 1879 г., когда писатель приехал Россию в связи с печальным поводом, а именно смертью своего старшего брата Николая. Он познакомился с Марией Гавриловной на ее бенефисе, для которого она выбрала роль Верочки в его комедии «Месяц в деревне».
61-летнего писателя и 25-летнюю актрису разделяло целое поколение, но оба они, казалось, и не замечали этого. Были нежные и хрупкие чувства, литературные вечера в Спасском, где он читал свое новое творение «Песнь торжествующей любви». Тогда же он написал: «На мое старое сердце недавно со всех сторон нахлынули молодые женские души — и под их ласкающим прикосновением зарделось оно уже давно поблекшими красками, следами былого огня».
