Все отношения были срочно прерваны и, как оказалось, навсегда. В строжайшей тайне Лоретта родила девочку, окрестила ее как Мари Джудит Кларк (без упоминания имен родителей) и отдала на воспитание в католический приют. Спустя два года Янг удочерила собственного ребенка. Правду об отце Джудит узнала, когда ей исполнилось 30 лет, а Гейбла уже не было в живых. В откровенной книге о своих знаменитых родителях она рассказала о единственной встрече с отцом и разговоре с ним. На прощание он поцеловал 15-летнюю дочь в щечку, и потрясенная девочка несколько дней с восторгом рассказывала о визите к ней неотразимого красавца с проникновенным взглядом и ироничной улыбкой, сводившей с ума все женское население.
Справедливости ради надо отметить, что популярность Гейбла основывалась не только на его красоте и обаянии. От фильма к фильму росло и его актерское мастерство. Уже в картине «Сьюзен Ленокс» (1931 г.) он стал достойным партнером великой Греты Гарбо. А в 1934 г. актер сыграл одну из самых лучших своих ролей — предприимчивого репортера в фильме «Это случилось однажды ночью».
Картина стала настоящей сенсацией, а работа актера была удостоена высшей награды Американской киноакадемии. Гейбл принял «Оскара» с ослепительной улыбкой, сказав только одно слово: «Спасибо». До самой последней минуты, помня о своих прежних неудачах, он боялся поверить в то, что сможет победить. Теперь актер занял ведущее положение на «фабрике звезд» и стал самым высокооплачиваемым. В трех из пяти лучших фильмов Голливуда 1930 гг.
Гейбл сыграл главные роли: «Это случилось однажды ночью», «Мятеж на „Баунти“» и, конечно, «Унесенные ветром»."
"Растущая популярность не смогла «застраховать» Гейбла от неудач, которые были в основном связаны с его попытками изменить свой имидж. Так случилось с его работой в фильме «Парнел» (1937 г.), где он исполнял роль ирландского патриота, борющегося за независимость страны. Зрители с негодованием встретили этого героя, не желая, чтобы актер отказывался от ролей «настоящих мужчин» и изображал исторических деятелей.
После провала картины Гейбл заявил: «Никто никогда не заставит меня поддаться на подобные предложения еще раз, я знаю свои возможности, и действительно, мне больше всего подходит рубашка с расстегнутым воротом, джинсы и грубые башмаки». И актер вернулся к своему прежнему облику, который заставлял женщин дрожать от восторга, а мужчин — копировать его. Нахальный, но такой обаятельный, язвительный, циничный, иронично-умный неотразимый мужчина.
