он развелся с Патрицией, которая полностью разочаровалась в семейной жизни, и сразу же женился на Эдит. Если считать, что Рассел всю жизнь искал женщину, которая была бы его единомышленницей, то можно утверждать, что на склоне лет ему действительно повезло. Эдит не меньше мужа была увлечена общественно-политическими проблемами, оказывала поддержку во всех его начинаниях. Вместе с мужем она участвовала в антивоенных демонстрациях и митингах, супруги часто путешествовали по Европе.
Последние годы жизни Рассел вместе с женой и внуками провел в Северном Уэльсе.
Почти до самой смерти, которая наступила 2 февраля 1970 г., 98-летний ученый оставался энергичным и деятельным. Одним из последних его политических выступлений стало обращение к правительству СССР летом 1968 г. с требованием вывести войска с территории Чехословакии.
На склоне лет Бертрану Расселу, видимо, было о чем вспомнить. Редко встречаются личности, которые сумели столько сделать и столько перечувствовать. О таких людях обычно говорят «счастливый человек», ибо он смог отдать людям лучшее из того, что имел, и получить от жизни все, что может пожелать неутолимая и беспокойная человеческая душа.
Модильяни Амедео
(род. в 1884 г. — ум. в 1920 г.)
Знаменитый итальянский художник, скульптор и рисовальщик, чье неповторимое искусство оставалось непризнанным при жизни. Глубину его трагедии оценила единственная женщина — Жанна Эбютерн, разделив с ним одиночество и смерть.
«Я думаю, что человек — это мир, который порой стоит любых миров», — писал своему другу и бессменной «палочке-выручалочке» Леопольду Зборовскому неповторимый художник Амедео Модильяни.
В его удивительных полотнах за подчеркнутой условностью и намеренным упрощением, под прозрачно-ясной или нарочито затуманенной поверхностью изображения скрывались захватывающие глубины человеческих душ. Необычные, странные, но такие притягательные портреты увлекают страстной настойчивостью поэтического языка, нашептывают, подсказывают, что же является самым главным, самым тайным в человеке.
Модильяни был поэтом в мире живописного изображения людей. Их лица и фигуры, на первый взгляд совершенно не похожие на оригиналы, оказывались легко узнаваемыми «изнутри». Художник чувствовал и понимал их тоску и мечту, их затаенную боль или презрение, забитость или гордыню, вызов или покорность.
Первым увидел это в его картинах Жан Кокто: «Модильяни не вытягивает лиц, не подчеркивает их асимметрии, не выкалывает человеку почему-то один глаз, не удлиняет шею.
