Книга 1000 не одна боль — читать онлайн бесплатно полностью

— Фатимаааа, ты мне как ать! Помогии! Не брала я яд! Клянууусь! Не я это! Ненавидела русскую тварь, но не травмла. Не я… ну не я….

Аднан приподнял ее за волосы.

— Ты умрешь так же, как умирала она. Ты сама выпьешь этот яд. Красиво и добровольно. Имела смелость убивать, имей смелость и умирать.

— Не убивала я! Слышишь! Не я это! …

От ярости из-за ее лжи у него глаза кровью налились.

— Не зли меня, не вынуждай поступить с тобой, как с Гузель. Ее смерть намного страшнее, чем твоя. Умри достойно жены сына шейха.

Отпустил ее волосы, переступил через рыдающую Зарему и подошел к столику с графином с водой и хрустальным бокалом. Налил в него воды и открыл мешочек с порошком. Насыпал несколько крупинок, потом еще несколько, — глядя как Зарема всхлипывая смотрит на его действия и тихо просит пощадить. Но его не трогали не ее слезы, ни мольбы. Он хотел видеть ее мучения. Видеть их так же, как видел страдания Альшиты.

Когда поднес стакан и сунул его в дрожащие руки Заремы, она вся содрогаясь в истерике и в паническом ужасе, схватила бокал и вдруг простонала:

— Не убивай… ребенка твоего под сердцем ношу… Пощади. Аднан. Если не меня, то дитя свое пощади. — и зарыдала навзрыд.

У него вся кровь от сердца и от лица отхлынули сгреб ее снова за волосы с пола и тряхнул.

— Лжешь, тварь! Смотри мне в глаза! Лжешь ведь!

— Не лгу… сама только узнала. Можешь у Дании спросить. Она проверяла, она календарь мой ведет.

Пальцы разжались сами собой. Выхватил у нее стакан и швырнул на пол. Несколько секунд в красные и опухшие от слез карие глаза смотрел.

— За город поедешь к тетке Заире. Под стражей там будешь сидеть до самих родов. А потом решу, что с тобой делать. И если солгала, — наклонился к ней и прошипел в лицо, — я все твое нутро руками вытащу через то место откуда мне сына рожать собралась. Поняла?

Отшвырнул от себя и брезгливо руки вытер о джалабею.

— Сегодня же уберешься отсюда. И моли Аллаха, чтоб я не передумал.

ГЛАВА 19"

"Он ехал к ней. Нет, не ехал, он мчался, как одержимый. Все эти сплетни, грязь, склоки, которые окружали его годами насточертели до зубовного скрежета. Рядом с Альшитой он успевал забыть, что это такое, а сейчас как с головой окунулся в болото и только шагнув ногой в песок ощутил эту свободу и запах чистоты и соленой свежести.