— Но, а как же, любовницы, гаремы? Я знаю, что у каранитов нормально иметь официальную любовницу, а то и не одну.
— Любовница — не жена. С ней нет связи. Зверь может даже не обращать на такую самку внимания. А вот супруга, это другое. С ней зверь будет навечно связан. И тут очень важно не ошибиться с выбором. Для этого нужен артефакт. Фактически, он не выбирает самку. Он показывает на ту, с которой зверь готов связать свою жизнь. Единственную супругу, которую он будет оберегать ценой своей жизни.
— Как-то тут не вяжется.
Значит, меня выбрал внутренний зверь Маркуса, а сам он был против такого поворота событий. Вот тебе и причина агрессивного поведения.
— Я бы с тобой согласился, если бы не одно ""но""…. Каранит и его зверь одно целое. Они не делимы. Любит зверь, любит и каранит. Но между Маркусом и его второй сущностью был выстроен барьер. И я не могу понять, как это произошло. По крайней мере, раньше я с таким не сталкивался.
— Я все равно не понимаю, о чем ты.
Несколько минут наг о че-то напряженно размышлял.
То ли о том, как проще мне объяснить этот непонятный механизм взаимодействия со второй сущностью, то ли решал, стоит ли вообще со мной это обсуждать. Деваться уже было некуда. Мой пытливый мозг требовал объяснений. Подтверждения догадок. Информации. Сейчас, я уцепилась за это историю не как за личную трагедию, а как за новую загадку. Клубок, который срочно нужно размотать. Видимо, Ас это понял по лихорадочному блеску в моих глазах и сказал:
— Пойдем, я тебе покажу наглядно.
Глава 23.
Валерия
Идти далеко не пришлось. Одну из комнат змей занял под кабинет. Я не стала возражать. Тем более что сама я оккупировала гостиную. Плохая привычка из прошлой жизни работать где попало. Все попытки завести стационарное место терпели крах. Уже через несколько часов, все документы с рабочего стола перемещались на кухню, в спальню, или в гостиную. Куда угодно, главное, подальше от номинального кабинета.
Асшарих выдвинул полку и достал из нее что-то похожее на MP3 плеер.
Когда-то мне так хотелось приобрести нечто подобное. Как оказалось, функции у черного прямоугольника были аналогичные: воспроизводить информацию. Только, в более масштабном формате.
— Я должен предупредить, — Асшарих настороженно смотрел на прибор в руке, — это воспоминания Маркуса. Если согласишься посмотреть, переживешь все, что пережил он.
— А это вообще законно?
В этой ситуации меня больше волновал этический вопрос.
