А вибрирующая игрушка? Я не могла остановить волну, которая нахлынула на меня. Потом не хотела, чтобы это прекращалось. Даже сейчас мои соски твердые, а киска все еще пульсирует.
Слезы застилают мне глаза, и я фыркаю. Подтянув колени к груди, молюсь, чтобы он заснул и не слышал, что я плачу, как маленькая сучка. Я даже не знаю, почему расстроена. Это был долгий день, и у меня есть миллион причин для слез. Я просто не уверена какая именно сейчас.
Мои мысли возвращаются в гостиничный номер после свадьбы. Видел ли его мой отец? Знает ли он, что мы были там всего несколько часов? Я знала, что отец увидит, как я истеку кровью ради Люка, но Тайсон? Это было так грязно.
Кровь повсюду. От одной мысли, что он увидит это, хочется блевать.
Закрываю глаза и делаю глубокий вдох. Кстати о Люке, что с ним случилось? Он мертв? Думаю, что Тайсон убил его. Вот почему он пропал до того, как Тайсон появился в соборе и заставил меня выйти за него замуж. Даже если я не хотела быть с Люком, это не значит, что мне нужен еще один труп на моей совести.
Звук звонка мобильного телефона заполняет комнату, и я открываю глаза, когда Тайсон шевелится в постели.
— Алло? - отвечает он, вставая. — Да... - Он прерывается, не желая говорить дальше, когда я лежу рядом с ним.
Я смотрю, как он выходит из спальни, но он оставляет дверь открытой, идя по коридору в гостиную, чтобы я не слышала его разговор.
Кто мог звонить ему так поздно? Рано? «Blackout» работал до трех часов ночи. Потом мы убрались в клубе, плюс душ.
Скоро должно взойти солнце, если уже не взошло.
Сажусь и тянусь к тумбочке, чтобы посмотреть время, но понимаю, что у меня нет телефона. Я покинула собор сразу после церемонии. Мой телефон был в сумочке в комнате, где я готовилась. Все осталось там. Если у меня не будет одежды, я очень сомневаюсь, что он позволит мне общаться с внешним миром. Он хочет, чтобы я была изолирована. На сто процентов полагаясь на него во всем.
Не то чтобы мне было кому позвонить или написать, потому что у меня никогда не было настоящих друзей.
Моя мать не может меня спасти, а отец ясно дал понять, на чьей он стороне. Единственный человек, который потенциально может быть на моей стороне, - это мой брат. И я больше не могу ему доверять. Мой отец сделает все, чтобы он мне не помог. Он контролирует всех в нашей семье. У него есть власть.
— Я позвоню тебе, когда встану, - говорит Тайсон. Его голос становится ближе, когда он идет по коридору обратно в спальню.
