Рука тянется вниз, чтобы надавить на мою грудь, и я поднимаю голову, чтобы укусить ее. Им не следовало вынимать кляп.
Кто-то дает мне такую сильную пощечину по лицу, что глаза закрываются.
— Я хочу, чтобы ей дали успокоительное, - кричит он, когда меня заталкивают в комнату. — Прямо сейчас. Выруби ее нахрен.
Меня переворачивают на бок, мои руки внезапно освобождаются, и я отталкиваюсь ими от кровати. Я бегу к двери, но она быстро закрывается, и меня поднимают на ноги. Я кричу во всю силу своих легких, а люди стоят вокруг и смотрят, как этот человек укладывает меня вниз.
Он встает на кровать, отбрасывает меня на спину, прижимая мои руки к голове.
— Успокойте ее, блядь! Сейчас же! И где, блядь, ограничители?
— Нет. Нет. Нет. - Я не смогу отбиться от них, если я буду усыплена и прикована. Где Тайсон? Он был в огне? Я видела. Клуб горел, когда мы наконец уехали в фургоне. Я до сих пор слышу крики, доносящиеся изнутри. А может, это я слышала, когда мне вырвали зуб. Выгнув спину, я глубоко вдыхаю. — ТАЙСОН!
Кто-то другой хватает меня за запястья, не давая освободить их.
Вместо этого он обхватывает обеими руками мою шею и начинает душить меня. Я бьюсь бедрами, мечусь под ним из стороны в сторону, но мои руки прижаты к бокам. Затем я чувствую руки на своих ногах, прижавшие и их."
"— Ты знаешь... - Он опускает свое лицо к моему. — Возможно, он действительно оказал мне услугу. Возможно, беременная ты чего-то стоишь.
Нет. Я не беременна. Тайсон не допустил бы этого. Я не хочу, чтобы это случилось.
И это именно та причина, почему. Никто не придет, чтобы спасти меня. Никто даже не знает, что я жива.
Он вжимает мою голову в матрас, прежде чем отпустить и встать с меня. Я задыхаюсь, втягивая воздух, мои легкие горят.
Я дергаю за ограничители, понимая, что они привязали меня к кровати, и любая надежда на то, что я смогу выбраться из этого, угасает. Моя грудь так сдавлена, что он, возможно, снова сидит на мне.
— Я хочу, чтобы ее усыпили, пока я не скажу иначе. И сделайте тест на беременность.
- Он выкрикивает приказы, и люди вбегают и выбегают из комнаты.
— Я... не... - Глубокий вдох. — Беременна.
Он наклоняется над моей кроватью и обхватывает мои щеки, залитые слезами.
— Тебе лучше молить Бога, чтобы это было так. Иначе ты мне не нужна. - Его рука опускается к моей груди, и это напоминает мне, что я все еще без одежды. Он больно хватает меня за грудь, а затем ударяет по лицу, заставив меня вскрикнуть. — Ничтожная сука - мертвая сука.
