Выспалась?
Герцог вскинул голову и, едва заметно улыбнувшись, пояснил в ответ на мой заинтересованный взгляд:
— Одгеру… Есть у меня несколько вопросов к стаккскому коллеге по поводу ночного визита его подчиненного.
— А с Дорком ты разговаривал? Узнал, что ему понадобилось в нашей спальне? Так срочно и внезапно, что он не стал дожидаться утра.
— Даже не спрашивал. Бесполезно, все равно правды не добьешься — соврет, сошлется на служебную тайну или попытается еще как-то выкрутиться. Это нужно обсуждать с Лорсом, он послал агента, ему и отвечать.
Дорку я сказал, что в его услугах больше не нуждаюсь. Пусть идет, докладывает начальству. Между нами всякое бывало, но сейчас Одгер просто зарвался. Перешел все границы. Собственно, об этом я его и предупредил в письме. Посмотрим, как он отреагирует.
Вэйден отодвинул в сторону стопку бумаги, откинулся на спинку кресла, усмехнулся.
— А зачем приходил Дорк, догадаться несложно. Планировал, пользуясь моим отсутствием, обновить подслушивающие артефакты. Без хозяев в номер зайти невозможно, если нет специального разрешения, сама знаешь.
А вот когда они на месте, попытаться можно — в этом случае стандартные гостиничные заклинания пропускают слуг. Ничего взламывать не надо. Вот Дорк и явился.
— Но я же была в спальне, как он собирался проделать все незаметно?
— Сонные чары, — помрачнев, коротко обронил мужчина. — Активируются почти мгновенно. Если бы не мой охранный контур, ты бы ничего не успела почувствовать… Одгеру, в любом случае, придется все это объяснить.
Слишком далеко он зашел в своем стремлении меня обыграть.
Герцог замолчал, что-то обдумывая — судя по мрачному виду, не очень приятное, — и резко поменял тему."
"— Гьины ждут нас к открытию. Я приказал подать завтрак через полчаса. Успеешь собраться?
— Да, — я кивнула и потянулась к звонку, чтобы вызвать служанку.
Ели мы быстро, сосредоточенно, в полной тишине — если не считать нескольких фраз, уточняющих детали будущей операции — и со стороны выглядели, как деловые партнеры перед началом важной работы.
Словно и не было вчерашней прогулки, улыбок, легких прикосновений, взглядов, внимательных, жадных… И поцелуя.
Вэйден вел себя так, будто ничего не произошло. Интересно, связано ли это с тем, что сказала ему Ирата? И вообще, о чем они все-таки говорили?
Жаль... не узнать.
А, может, для Алистера то, что случилось, не имеет особого значения? Подумаешь, поцелуй — торопливый, мимолетный, который и поцелуем-то назвать сложно.
