Лежала, прислушивалась к тишине в комнате, и думала: почему я так остро чувствую этого мужчину? Мы занимаемся поисками Алемины около недели, и то, если учитывать дни на подготовку к операции, как же умудрились настолько сблизиться?
Или это началось раньше, в имении графа Беина, когда герцог помог мне выбраться из запертой библиотеки? В заброшенной деревне, где мы объединили силы, пытаясь нащупать след грабителей? В доме Герберта во время почти ежедневных визитов Вэйдена?
Сейчас и не ответишь.
Незаметно Алистер стал частью моей жизни, занял в ней важное место и.
.. Кажется, мне будет его не хватать, когда все закончится, и нам придется расстаться.
А в голове отголосками дальнего эха звучали слова Ираты. Словно в насмешку над моими мыслями.
«Выбирай. Реши для себя, чего ты хочешь от этой жизни. Где быть и с кем…»
Легко сказать, выбирай.
Нет, я совсем не против того, чтобы остаться в этом мире. Магия, удивительный дар интуита, духи Изнанки, Герберт, Мисти и даже Нила, заменившие мне потерянную семью, работа в гильдии, чем-то схожая с моей актерской профессией, смена образов и характеров, приключения, риск… Да, риск тоже.
Мне нравилось рисковать, распутывать загадки, тайны, а порой и спасать жизни, нравилась таинственная атмосфера, которая меня окружала... И это с каждым днем все теснее связывало меня с Сеотом. Сотнями незримых нитей.
Я не скучала по своей жизни на Земле— только по Нике. Но сестры, как выяснилось, давно там нет.
Так что я бы, пожалуй, осталась.
Но вот Алистер.
..
Все, что его касалось, было сомнительным, неопределенным и... опасным. Вэйден ни разу даже не намекнул, что испытывает ко мне хоть какие-то чувства, кроме легкого мужского интереса, щедро приправленного иронией. И вообще, собрался со мной разводиться...
То есть не со мной, вроде как, но на самом деле — именно со мной...
А еще существовала Ирата с ее туманной просьбой о помощи и загадочными подсказками, которые лишь еще больше все запутывали. Быть марионеткой в руках взбалмошной богини категорически не хотелось, поэтому пока точно не выясню, что ей от меня нужно, ни за что не соглашусь.
— Проснулась?
Мягкие, почти беззвучные шаги по ковру, и голос — низкий, с чуть заметной хрипотцой, при первых звуках которого сердце привычно пропустило удар.
— Доброе утро, Я-на.
Ну вот зачем так чувственно растягивать слова? Он что, специально это делает?
Открыла глаза и тут же захотелось спрятаться под одеяло, а лучше накрыться с головой.
