– Мне все равно, что Вы обо мне думаете, – хоть герцог и говорил спокойно, я заметила, как напряглись его скулы и потемнели глаза. – Не смею Вас больше задерживать.
Не желая оставаться с ним наедине ни минуты, выскочила из кабинета, оглушительно при этом хлопнув дверью, так и не забрав у него ключ. Я слышала, как что-то упало и со звоном разбилось, но мне все было нипочем.
Я стремительно влетела в спальню, нисколько не заботясь о том, как воспримут мое поведение те, кому попалась на глаза.
Пинком ноги закрыла за собой дверь, а затем прислонилась к ней спиной. Несколько мгновений я стояла неподвижно, тяжело дыша и пытаясь собраться с мыслями. Мне следовало хорошенько все обдумать.
Нет! Я не могу так просто смириться со всем этим! Услышав чьи-то тяжелые шаги в коридоре, пересекла комнату и подошла к окну. Вскоре раздался предупредительный стук, и в покои вошел слуга, принесший поднос, на котором стояла кружка кофе, корзина с фруктами и свежая выпечка.
Лакей молча поставил мой завтрак на стол и, поклонившись, удалился. Я собиралась вновь понаблюдать за лебедями, грациозно плавающими по водной глади, но мой взгляд зацепился за ключик, лежавший на фарфоровом блюдце. Новый приступ ярости охватил меня с невиданной силой. Мне на глаза попался обитый бархатом стул. Я с трудом удержалась, чтобы не схватить его за изогнутую ножку и не запустить им в стену. Однако даже мысленное представление того, как он разбивается на части и глухим звуком падает на ковер, принесло облегчение.
Весь гнев в одно мгновение испарился, оставив вместо себя горечь. Я подошла к столу и забрала ключ, а затем вновь вернулась на прежнее место.
Мне хотелось кричать от боли, поселившейся где-то внутри, но вместо этого по щекам потекли слезы. Остался ли у меня выбор? Да Ральф по сравнению с Элджертоном просто тряпка. У последнего были более жестокие методы.
– Оливия, ты где пропадала? – раздался позади меня голос вошедшего в комнату муженька, но я даже не обернулась.
Слышала, как он спешно приблизился ко мне. – Оливия, что случилось?
– Почему каждый раз, когда ты вляпываешься в какие-нибудь неприятности, то должен выплывать за чей-то счет? – я не сдерживала своей злости, позволяя ей выйти наружу.
– О чем ты? И почему плачешь? – спросил Ральф взволнованным голосом. Он захотел меня обнять, но я выставила обе руки вперед и оттолкнула его от себя.