Помещение за пару минут пустеет. В разгромленной комнате остаемся мы с Лизой, что-то доказывающий Рома и Кирилл, тихо наблюдающий за нами со стороны.
— О чем? О чем, твою мать, вы будете говорить? О том, как ты предал ее? О том, как воспользовался, а потом родному брату «одолжил»? Или о том, что не сдержал свое обещание?
Лиза кричит так громко и с такой яростью, что мне становится не по себе. Мурашки ползут по коже от ее слов. Умом понимаю, что она абсолютно права. Все так, как говорит подруга, кроме одного. О каком обещании идет речь?
— Лиз, пусть они все обсудят сами, — Кирилл приближается к своей девушке.
— Пойдем.
— Я никуда не уйду!
— Ален, надо поговорить, — пропустив мимо ушей слова Лизы, Рома обращается ко мне.
Смотрит умоляющим взглядом. Снова что-то сделал? Мне будет больно, да, Рома? Что вы от меня скрываете?
— Боже, — выдохнув, неосознанно тянусь к животу. — Я... Домой хочу. Больше ничего. Оставьте меня в покое.
— Путь минут. Дай мне пять минут, Алена.
Я поднимаю взгляд и встречаюсь с темными глазами.
Рома шумно сглатывает, и я четко вижу, как дергается его кадык. Как вздулась венка на шее и как поджимаются его губы в тонкую полоску.
— Хорошо, — нехотя соглашаюсь. — Пять минут.
— Ален, — Лиза смотрит с сочувствием.
— Все хорошо, — заверяю.
Рома слегка сжимает мой локоть и тянет за собой. Я еле успеваю за его широкими шагами, выдергиваю руку, как только мы оказываемся в его кабинете. Он закрывает за нами дверь на замок.
— Что ты делаешь?
— Не хочу, чтобы нам кто-то мешал, — бросает он сквозь зубы.
— Скажи мне... Ответь на один-единственный вопрос, Алена. Почему ты до сих пор не развелась с ним?
— Потому что это было твоим условием? — отвечаю вопросом на вопрос. — Ты оплатил операцию, я же вышла замуж за твоего брата. Что тут непонятного, Рома? Почему прикидываешься идиотом?
Парень прищуривается, открывает рот, дабы что-то сказать, но будто не решается. Потирает лицо раненой рукой.
— То есть... Ты не знаешь?
— Ты о чем? — спрашиваю злобно. — Можешь прямо все сказать? Чего ты хочешь?
— Я не оплачивал операцию твоей бабушки, Алена, — произносит.
Мороз пробегает по позвоночнику от его слов. Что значит не оплачивал?!
Сердце невыносимо ноет. Я потихоньку сажусь на диван, потому что колени дрожат. Все еще не веря в услышанное, пытаюсь сообразить, правда ли это. Может, Рома делает это для того, чтобы я развелась с Сережей?
Чушь какая..."
"— В тот день, — продолжает он, опускаясь на корточки напротив меня.
