Что было бы получи он секретные данные «Ланселота» или сделай что-то со мной? Можете поставить на кон слово своего рода, что я не пострадал бы, а у моей фирмы не было бы проблем с рассекречиванием ценной информации?
— Не могу, — устало признался Глеб. — Но прошу всё же войти в положение. Мы и так пошли тебе на встречу арестовав Разумовского и признав его приказы преступными. Тебя ни в чём не обвиняют. К тому же, Государь прибудет в город через пару дней и пока будут идти различные официальные мероприятия он уделит тебе время для личной беседы тет-а-тет.
Я собирался вновь отказать пока не услышал про приезд Императора. Вот значит как. Ну в целом понятно: Государь желает приехать на место, где отбили внезапный прорыв, наградить героев, восхвалить храбрость защитников города и ещё много чего сделать, а заодно и со мной поболтать. Я же ведь тоже отличился в ходе сражения за Сургут, так что моя с ним личная беседа не будет выглядеть как прогиб власти передо мной.
Однако всё пройдёт хорошо только в том случае если я отпущу гвардейцев.
Тогда все скажут, что Багратионов уладил ситуацию и беседу с Императором будут рассматривать под другим углом. Стоит ли мне всё же пойти на уступки? Государь продемонстрировал, что готов сделать мне поблажку, так что и я должен показать, что ценю его внимание.
— Хорошо, можете забирать бойцов Гвардии, — сказал я.
— Очень рад, что ты пошёл на встречу. Не хотелось бы, чтобы твоя беседа с Государём была омрачена тем фактом, что ты держишь верных сыновей государства под арестом.
— Тем более замечательно, что меня, как человека, обеспечившего победу в битве за Сургут, не посадили в тюрьму, где нам бы с Государём пришлось встретиться, — не остался я в долгу. — Думаю, журналисты были бы в восторге, вы так не думаете?
Багратионов мне ничего не ответил. Странно, а ведь такая интересная тема для разговора была!
В итоге глава Бюро забрал бойцов Гвардии и смылся с ними в закат. Я избавился от нахлебников и был доволен. Скоро ещё и Император прилетит в Сургут, обсудим наши дела и будущее.
В целом, после внезапного обострения, ситуация начала налаживаться.
Что меня не радовало — не удалось найти следов «Изнанки» и их вмешательства в прорыв орды. Тем не менее у меня сохранялась полная уверенность в том, что эта организация была виновна в произошедшем. Слишком много странностей произошло во время этого прорыва. Оставалось только понять, как именно они смогли всё это провернуть. Рано или поздно я найду ответы на свои вопросы.
