То ли у Илиаса второе дыхание открылось, то ли просто свой вреднючий характер начал проявлять. Но после того, как я его искупала, накормила, спела песен пять, ребенок открыл глаза и весело что-то на своем зачирикал, всем видом показав: а спать-то мы и не собираемся!
В момент, когда я решила, что все-таки отдам его нянькам, и схожу за учителем, Илиас решил, что он еще голоден… Поэтому вместо того, чтобы расслабиться и позволить себе лечь в кровать, я жду момента, когда угомонится сын. А там уже отправлюсь проконтролировать питание и отдых Тирхана.
Ведь забрать его как это мог сделать дух — нельзя, потому что он там какой-то эксперимент делает. Торчит над пробирками в плохо отопленном помещении! Специально запретила духу направлять жар туда, и не помогло! Засранец!
— Интена, бери это чудовище, которое надо мной издевается. — Спустя еще минут двадцать, не выдержала я. — Он не ест, он играется, и кусается.
Илюшка такому повороту рад, конечно, не был. И вой поднял, и что-то грозно заворчал.
— И чего рычим? — я дождалась пока взгляд сына сфокусируется на мне.
— Ты делаешь мне больно. Не хочешь есть, а хочешь баловаться — тогда оставайся без кормушки.
Я еще по Сережке знала, что понимание у детей есть, может и на уровне рефлексов, но есть. Начинают жевать сосок в кровь, нечего терпеть. Пару раз отнять, переждать бурю, и ребенок начинает осознавать, что кушать надо аккуратнее, бережнее.
— Приглядите за ним, девочки, — отдав снова орущего Илью Интене с Люси, я собралась покинуть комнату.
Как раз самое то настроение, чтобы прописать целебных подзатыльников.
Но ничего сделать я не успела: ни выйти из комнаты, ни тем более попасть в лабораторию.
Раздался взрыв. Бабахнуло знатно. Нет, дом не шатнуло, просто сильный звук, который резанул по ушам, да в нутро камнем упал.
Когда все утихло, я выругалась. Громко и грязно, только так как умеет озверевший русский человек. Совершенно не заботясь о том, что у меня есть слушатели.
То, что с Тирханом все хорошо, я знала наверняка. Как в общем-то и с лабораторией.
Потому что дух за пару секунд до взрыва очаг этого самого взрыва перенёс на лесную опушку, изолировав ее магически. И с учетом, что бабахнуло знатно, не будь духа — тут на воздух бы мы все отправились!
Прибью! Вот доберусь до старого маразматика, и прибью! Собственными руками придушу!
Глава двадцать вторая
— Анастейза, милая…
— Видеть тебя не хочу. — Я все еще злилась на Тирхана, несмотря на то что с происшествия прошло больше недели.
