Слегка взбодрившись, я вернулась на место, высыпала в чашку полсахарницы и с наслаждением проглотила чайный сироп, закусив его лимоном. В голове прояснилось. Что ж, времени терять нельзя. Прямо сейчас поеду к соседке Алисы, узнаю, куда та отправилась отдыхать, и сама туда съезжу. Или нет! Просто уточню адрес, а потом приеду к Дегтяреву и все-все ему расскажу.
Я проделала гигантскую работу, выяснила много интересного, но непосредственно преступника пусть захватывает полковник, я готова отдать ему лавры победителя, мне не нужны слава и денежная премия, хочу лишь вызволить Вику из неприятностей.
"
"Алиса жила довольно далеко, в Матвеевском. Покружив между грязно-серыми блочными домами, я отыскала нужное здание и попала в подъезд.
Соседка Кочетковой оказалась милой женщиной примерно моих лет, может, чуть постарше.
– Вот, – протянула я ей конверт, – меня из НИИ ядохимикатов прислали, вам наша заведующая звонила, по поводу компенсации за отпуск, тут две тысячи для Алисы, пересчитайте, пожалуйста!
– Ой, лучше не надо, – испугалась соседка, – с чужими деньгами я предпочитаю не связываться, небось еще расписаться за них заставите!
– Да нет, так велели передать.
– Очень странно, – нахмурилась она, – что у вас за порядки в бухгалтерии, если так запросто средствами расшвыриваетесь?
– Не знаю, я всего лишь курьер, но мне велено всенепременно вручить деньги, иначе ругать станут!
– И не просите!
– Ну неужели трудно! Соседка ведь! Или вы в ссоре?
– Мы в нормальных отношениях, – пояснила тетка, – но не дружим.
Здороваемся вежливо, и все. Приезжайте через месяц. Алиса вернется в июле.
– А куда она поехала?
– Вам зачем? – Тетка проявила бдительность.
– Ну, если это недалеко, в Подмосковье, то туда съезжу, мне начальство голову открутит, если конверт не вручу.
– Сейчас погляжу, – кивнула соседка, – она где-то мне записала.
Дверь захлопнулась, я осталась стоять на лестнице, изучая порванный дерматин. Минуты текли томительно.
Наконец баба высунулась наружу.
– Еле отыскала, деревня Толубеево, лагерь «Вершина».
– Это где такая?
– А понятия не имею, – ответила она, – вроде Алиса про Киевский вокзал говорила. Точно, вспомнила! Она еще злилась, что надо на электричку попасть, которая с Киевского рано утром уходит, иначе потом на автобус не успевает. До этого Толубеева от станции еще хрен знает сколько на рейсовом колесить.
Дверь снова закрылась. Я вернулась к машине и поехала домой. Ну что ж, дело, похоже, сделано, после ужина побеседую с Дегтяревым.
