Сразу бы сказали, что студентка танцевального института, я бы еще билетик на ваш спектакль попросил… Студентам у нас везде дорога… Живите на здоровье, кто будет обижать — обращайтесь…
Дверь за ним уже захлопнулась, прогрохотали по лестнице грязные форменные ботинки, а мы все сидели молча, глядя себе под ноги. Первым нарушил молчание Сашенька. Встал, стряхнул снег со своей лохматой волчьей шапки, расстегнул длинное кожаное пальто.
— Что притихли, борцы за права человека? Радоваться надо, что отделались легко и относительно беспроблемно…
— Но он же сволочь, а вы его анекдотам смеялись! — проговорил Антипов, по-прежнему глядя в пол.
— С такими деятелями нужно бороться законным путем.
— Вот и «наборолись» бы до ночи в КПЗ. Он же и обидеться, в конце концов, мог, что вы так долго его прозрачные намеки не понимаете…
— Зато вы поняли очень быстро. — Валера сухо поджал губы и поднялся с табурета. — Настя, проводи меня, пожалуйста, мне пора…
У двери он торопливо зашептал мне в ухо:
— Настя, не нравится мне этот молодой человек! Совсем не нравится! Это твой друг?
— Да, не так чтобы друг…
— Вот и правильно! Скользкий он какой-то и сам себе на уме… Впрочем, ты извини, что лезу не в свое дело… А рецепт риса для выведения солей из связок я занесу тебе как-нибудь вечерком…
— Жилетик у него восхитительный, — заметил Сашенька, когда я вернулась на кухню.
— Где ты такого колоритного выискала?
— Сосед мой. Из двадцать второй квартиры…
— И я ему наверняка не понравился?.. Все правильно: такие, Богом обиженные, обычно весь белый свет ненавидят.
— Давай не будем трогать несчастного Валеру. — Я села на подоконник и провела пальцем по стеклу. — Лучше скажи, зачем ты так рано приехал? До новоселья ведь еще часа четыре, не меньше…
— Помочь тебе приехал, — Сашенька пожал плечами и ногой выдвинул из-под стола большой спортивный баул. — Думаю, как тут Настенька, бедняжечка, одна справится?.. Надеюсь, в этом нет ничего криминального?
Расстегнув «молнию» на сумке, он выложил на стол сыр, ветчину в оболочке, кусок красной рыбы и кекс в яркой упаковке.
Выставил три высокие бутылки молдавского вина.
— А это специально для тебя. — На столе возник увесистый пакет с яблоками и апельсинами. — И еще зеленый салат, будешь, как кролик, грызть… Кстати, кекс тебе тоже можно: он диетический.
В конце концов Сашенька выставил меня с кухни и заявил, что праздничный ужин приготовит сам. Но я отчего-то не ощутила ни прилива благодарности, ни радостного возбуждения.
