А он только выдохнул: «Настенька!» и ткнулся лбом в мою беспомощную ладонь. Лоб у него был горячий и влажный от пота, ресницы часто-часто трепетали. Его дыхание обжигало мою кожу, его губы торопливо целовали мои пальцы!
И тогда я сползла на пол, оставив наконец в покое водочную бутылку, и прижалась щекой к его колену.
— Подожди, встань, — проговорил он. — Не надо так… Или давай я к тебе сяду?
И тут же, придерживая мои пальцы, опустился рядом и сел, опершись спиной о ножку стола. Теперь Иволгин смотрел на меня так, как еще не смотрел никогда в жизни.
— Какая же ты красивая! — прошептали его губы, а кадык на жилистой шее дернулся."
"Мне вдруг стало страшно. Непонятная тревога сдавила горло. Захотелось убежать, спрятаться от всего белого света. «Может быть, у него на груди?» — вспыхнуло где-то в мозгу. И тут же отчаянный внутренний голос: «Не-ет!» А потом вдруг мгновенно вспомнилась Иветта Андреевна и ее немного грустное: «Ты просто боишься любить. Сама себя боишься».
— Я люблю тебя, Алеша, — проговорила я, почему-то совсем не уверенная в том, что поступаю правильно. Вместо ответа он просто сгреб меня в охапку и прижал к себе. Руки его тискали мою спину, сердце гулко и часто колотилось возле самого уха. Все это было странно и невозможно…
Очень скоро дыхание Иволгина стало прерывисто сбиваться. Тогда он взял мое лицо в свои ладони и коснулся горячими губами сначала бровей, а потом дрожащих век.
— Пойдем в комнату? — Глаза его тревожно шарили по моему лицу.
— Пойдем, прошу тебя… Тебе хорошо будет, обещаю.
Вместо ответа я поднялась с пола и стряхнула с джинсов прилипший кусок сыра. Алексей тоже торопливо вскочил и еще раз схватил мою руку, словно боялся, что я убегу.
«Неужели это происходит со мной?! — промелькнуло в голове. — Если бы четыре года назад показали сюжетик из сегодняшнего вечера, ни за что бы не поверила! Какая-то московская кухня, какая-то клеенка на столе. И он, «граф Резанов», тискает мои пальцы!»
Иволгин между тем торопливо и немного неуклюже протиснулся мимо меня в коридор.
— Сейчас, подожди, я быстро!
Я только растерянно кивнула.
Когда он через минуту позвал меня в комнату, диван уже был расправлен, сверху лежала полосатая простыня с аккуратно подшитыми краями. Из-под подушки выглядывал блестящий краешек упаковки презервативов.
— Иди сюда, Настенька! — Алексей торопливо рванул на себе рубашку и потянулся к ремню джинсов.
