– Ура-а-а, – завопил сынок, и глянув на дверь, понизил голос до загадочного шепота, – Я загадал желание на новый год, и оно сбылось.
– Какое? – не менее таинственно уточнила я.
– Чтобы ты вернулась ко мне и никогда не уезжала, – зашептал Ванечка, и наклонившись совсем близко добавил, – И еще, чтобы у меня папа нашелся.
– Все сбудется, малыш, – с трудом скрывая эмоции и сглатывая колючий комок подступающих слез, отозвалась я.
– Разбудил все-таки, – проворчала вошедшая в комнату тетка, – Ну тогда вставайте, умывайтесь и за стол.
– Идем, – отозвалась я, вставая и сгребая радостно визжащего сына в охапку.
Глава 4
София
Чувствую себя замороженной изнутри, разломанной на куски, разбитой на мелкие осколки, а в груди жжет и сжимается непонятная тревога. Но только потому, что сын рядом и счастлив по-детски, что я здесь с ним, стараюсь держать себя в руках, и хотя бы внешне выглядеть и вести себя как обычно.
Тетка, конечно, не ведется на мои потуги изображать нормальность. Сканируя меня внимательным взглядом, иногда хмурится и отводит взгляд.
Но все рассказать меня не тянет, от слова совсем, а она пока даже не пытается вывести меня на откровенный разговор. За это ей отдельное спасибо.
Завтракаем, мирно болтая и перешучиваясь с сыном, хотя мне стоит огромных усилий пропихивать в себя еду. Поэтому наливаю уже вторую чашку чая, практически игнорируя знаменитые фирменные блинчики моей тети. Для нее это, скорее всего, является еще одним индикатором моего настроения и состояния.
Сытно покушав и закусив печеньками, сын начал баловаться, забираться ко мне на колени и расспрашивать про поездку. Тетя, заметив мое состояние на фоне этого разговора, быстро спровадила сына в детскую, дав ему ответственное задание раскидать, а потом собрать игрушки. «Иди поиграй», – если говорить проще.
Сын насупился, с надеждой посмотрев на меня, но быстро согласился сразу после того, как я разрешила посмотреть мультики и пообещала, что мы с ним сегодня погуляем и сходим в кафе поесть мороженого.
– Может к Ирине Геннадьевне сходишь? Я запишу… – предложила тетка, упомянув о своей подруге, и по совместительству психологе, которая мне не раз помогла в не таком уж далеком прошлом.
– Зачем? – равнодушно отозвалась я.
– Я же вижу. Ты сама не своя, – осторожно продолжила она, отойдя к мойке и взявшись за посуду.
– Пройдет… – пробубнила я, отпивая чай.
– Может она тебе что-нибудь пропишет, – глянув на меня в пол-оборота намекнула тетя Лена.
