До меня донесся звук закрываемой двери, следом - какая-то песенка, которую напевал Вадим, а дальше все стихло."
"И мне остался лишь сонм вопросов, ответов на которые найти я была не в силах.
19
- Ой!
Я испуганно вздрогнула, когда моя модель для маникюра резко отдернула руку. На ее пальце, в районе кутикулы, проступило легкое кровотечение.
Черт! Я поранила своего потенциального клиента. А виной всему - мысли о неожиданном визите мужа накануне. Ну почему, почему он не мог просто оставить меня в покое?
И почему я сама не могу об этом не думать? Вероятно, потому, что тринадцать лет жизни, которые я считала очень счастливыми, не так-то просто выкинуть из головы.
И, что куда как хуже - из сердца.
Я знала его, казалось, до мельчайшей черточки. Знала все оттенки его смеха, чувствовала малейшие изменения в настроении. И при всем при этом ничего не подозревала о его тайной жизни. И никак не могла, даже сейчас, совместить того Антона, каким его знала - или просто себе воображала - с тем отвратительным человеком, которым он обернулся.
- Простите, пожалуйста, - пробормотала я, обращаясь к модели, добровольно согласившейся отдаться в мои пока не слишком умелые руки.
- Ничего, до свадьбы заживет, - хмыкнула она в ответ. - Вас что-то беспокоит?
Я посмотрела на нее с нескрываемым удивлением. Обычно именно мастера по маникюру становились психологами на полставки, а сейчас все было с точностью до наоборот.
Но, конечно, я вовсе не собиралась вываливать на незнакомого человека все перипетии своей жизни, которую в последнее время можно было назвать какой угодно, но только не скучной.
- Нет, я просто задумалась. Извините меня еще раз.
Девушка лишь вопросительно приподняла бровь, но ничего не сказала. А я попыталась сосредоточиться на том, чтобы она не ушла от меня вся в кровавых порезах.
Когда я закончила с ней, на стул напротив меня опустился новый человек. Я аккуратно разложила инструменты и подняла на него глаза. Глаза, которые мгновенно округлились, когда я поняла, кто сейчас передо мной.
- Что вы здесь делаете? - спросила я холодно у Лемешева, внимательно за мной наблюдавшего.
Господи, да что им всем было от меня надо? Разве недостаточно того, что они уже и так сделали с моей жизнью? Лемешев, его дорогая дочь и мой собственный муж?
- Записался быть добровольной моделью, - откликнулся он безмятежным тоном.
- Вам руки давно не уродовали? - с сарказмом поинтересовалась я.
- Захотелось новых ощущений, - тонко улыбнулся мужчина в ответ.
