Но после убитого мной Джорри, они не выглядели серьёзными противниками. Остальные Одарённые и вовсе казались живыми мишенями. Угрозу представляла разве что техника и вооружение. Но с этим я как-нибудь разберусь. Бог я или не бог, в конце концов?
— Пойдём по прямой. Пусть попробуют нас остановить.
Тот чуть насупился, окинув взором лес. Но возражать не стал. Хотя идея ломиться прямо на подготовленного противника, шведу точно не понравилась.
Я же начал отдавать приказы Сандалу, который сразу же перешёл к действиям. Для начала вытащил пару компонентов танкового орудия.
Теперь оно не могло стрелять и временно стало бесполезным куском металла. Потом провернул похожий фокус с пулемётом, который тоже был установлен на технике.
Следом изъял патроны из винтовок двух снайперов, которые расположились на деревьях и должны были накрыть нас огнём. Ну а закончил всё тем, что провернул такой же фокус со всеми остальными солдатами Ореховых.
Когда мы приблизились к нужному отрезку дороги и попали в поле видимости врага, чужие офицеры сразу зашевелились, шёпотом и жестами раздавая команды.
Через несколько сотен метров из-за поворота и правда показался танк. Сандал продемонстрировал мне удивлённое лицо смертного, который отвечал за орудие — он только что попытался произвести выстрел, но ничего не произошло.
— Не работает! Какого ляда?
Второй попробовал открыть огонь из пулемёта, но этот номер тоже предсказуемо не прошёл.
А ястреб уже метнулся к снайперам. Вырвал глотку у одного, материализовал когти в головном мозге второго.
Оба повисли на ремнях, которые сами же закрепили на деревьях.
Следующими были пехотинцы, которые сейчас тоже изрядно недоумевали. Сложно оставаться спокойным, когда у всех собратьев по оружию, это самое оружие напрочь отказывается стрелять.
Тут всё было ещё проще — Сандал перевёл в призрачное состояние чеки сразу трёх артефакторных гранат у бойцов одной группы, а потом повторил этот же приём с солдатами на противоположной стороне дороги. Щадить людей врага я не планировал.
Они пришли убить меня и мою свиту. Не говоря уже о захвате чужой собственности.
Ухнули взрывы, за которыми послышались крики раненых. А мой божественный спутник уже принялся за вражеских Одарённых, убивая их одного за другим.
Единственный Окольничий, который был среди них, умер первым. Он уже сформировал сразу три сверкающих печати, собираясь обрушить их на нас. Но немного не успел — клюв ястреба разорвал его сердце надвое. Следующими, на землю осели все остальные.
