— Вы действительно ничего не слышали о нашей истории?
Лера чуть подвинулась вперёд и пространство снова заполнил бархатистый голос.
— Действительно. Была бы очень рада услышать всё прямо сейчас.
Раньше она таких умений не показывала. Я даже не догадывался, что в её арсенале имелся такой тембр.
Сам патриций ещё раз покосился на меня. Какое-то время подумал. И усмехнувшись, начал говорить.
— Последняя война с империей Цин. Тогда мы неплохо взгрели китайцев, помните же? Их северная армия вторжения была обескровлена и деморализована.
Командиры двух Знамён были убиты, а ещё двоих объявили предателями. Сражаться было некому.
Чуть помедлив, продолжил.
— А когда в Пекине отправили на вечный покой старого императора, там и вовсе пошла потеха. Сразу девять кандидатов на престол и столько же вооружённых фракций, готовых сражаться за своего лидера.
Пока я не понимал, к чему он ведёт. Конфликт двух империй произошёл семь лет назад. Война была кровавой и быстрой. За полтора месяца, армии двух стран так перепахали друг друга, что конфликт решили завершить перемирием.
Северные варвары оправдывали это гуманизмом — мол они не захотели губить жизни людей ради территорий. Но если посмотреть на ситуацию объективно, армия Российской империи тоже понесла колоссальный потери. Пусть они и оказались победителями, но для рывка к Пекину, у них не хватало ресурсов. Это всё же не пограничная битва, а полноценное наступление вглубь вражеской территории.
Сзади снова послышался голосок Леры.
— Вы решили влезть во внутренние дела империи Цин?
Патриций ещё раз коротко хохотнул.
— Можно и так сказать. Воспользовались ситуацией и высадились на Тайване. Пять тысяч гвардейцев, двадцать три тысячи вольнонаёмных и больше семисот Одарённых.
Я удержал на лице маску невозмутимости, а вот Лера сразу же задала вопрос.
— После заключённого перемирия?
Юношу чуть скривился.
— Формально мы объявили войну китайской знати, которая контролировала остров. Семь китайских Домов, что владели там практически всем.
Собственность трёх из них успешно захватили. Боевых действий против регулярной армии Цин не велось.
Это прозвучало неожиданно. То есть любой патрицианский род, откуда бы он ни был, способен объявить войну другому и атаковать. На территории чужого государства? В голове появилась картина того, как варварская знать бросает вызов кому-то из знатных патрициев Рима, а легионы пропускают вооружённые отряды и мне пришлось приложить некоторые усилия, чтобы сдержать усмешку.
