Вполне вероятно, что после сегодняшней демонстрации силы, они вовсе попытаются заключить мирное соглашение. Либо стянут все возможные силы, чтобы выступить против меня настоящей армией. Этот вариант тоже был вероятен и даже отчасти опасен, если они бы отправились немедленно. Но сейчас врагам потребуется разобраться с последствиями атаки, на что точно уйдёт какое-то время. Что означает, я успею привести в порядок Мьёльнира. А если вспомнить, что спутник творил на поле боя и как лихо разбирался с артефактами, шансов у Ореховых практически не оставалось.
На этот раз, путь до усадьбы занял около двух часов. Сандал отправился облетать её по широкому кругу, а я двинулся к ступеням крыльца.
Оказавшись внутри, сразу зашагал на кухню — сегодня пришлось активно использовать божественную силу и смертная плоть требовала немедленной компенсации.
Обнаружив яблочный пирог, отрезал треть и поставил отдельно для Мьёльнира. Тот немедленно перебрался на столешницу и принялся поглощать угощение, а я набросился на то, что осталось.
С энергоструктурой живого камня я работал всю дорогу обратно. И продолжал взаимодействовать сейчас, повышая уровень её стабильности, открывая новые каналы и приводя в порядок мечущиеся из стороны в сторону показатели энергоёмкости.
Именно в таком положении нас застал Ульрих. Усевшись напротив меня, задумчиво глянул на Мьёльнира, что сожрал уже половину пирога. Посмотрел на меня.
— Я почувствовал выплеск энергии. Где-то очень далеко, по направлению к границе Цин.
Это же был ты, верно?
Пожав плечами, дожевал откушенный кусок яблочного пирога.
— Если быть точным, это были сами Ореховы. Пытались успокоить вот это каменное чудовище, что чуть не разнесло им крепость.
Свенсон опустил взгляд на спутника, а тот довольно пропищал.
— Мьёльнир молодесс-с-с! Надрал им задницы!
Сразу же замолчал, выбросив две ложноножки в сторону пирога. А я покачал головой. Его словарный запас иногда заставлял удивляться.
Потомок ётунов, сидящий напротив, кивнул. Пару секунд подумал, разглядывая меня.
— С этими отбросами мы справимся, я уверен. Но вот, если сюда и правда заявится Хранитель, будет сложно.
Я непонимающе глянул на него.
— Почему? Это такой же смертный? Который придёт своими ногами. То есть у него не будет крепости, в которой можно сделать артефактом каждый камень и жить посреди океана подконтрольной силы. Он притащит только то, что сможет унести на себе. А Мьёльнир радостно вскроет и сожрёт все его накопители.
