Надо срочно собирать бумаги, оформлять отношения и заниматься ее удочерением. Юным гражданам Германии подобные операции делают бесплатно.
Третье и главное. Брак, который он ей предлагает, отнюдь не фиктивный. Он знает, что Катя его не любит, но сделает все, чтобы с годами чувства ее изменились. И хочет создать настоящую семью, в которой появятся еще дети.
Можно сказать, это его условия.
Разговор, а говорил в основном Генрих, вышел по-деловому короткий: он спешит на работу, ей требуется время на обдумывание.
Когда у нее будет готов ответ — пусть позвонит, и они обсудят дальнейшие детали. С этими словами Вессенберг попрощался и не давал о себе знать больше месяца. Ровно столько Кате понадобилось, чтобы признать: другого выхода нет.
Денег тоже не было. Кредит ей не оформляли, одолжить ни у кого не удалось. В том числе и у Роберта, бизнес которого и строился на кредитах, а прибыль пускалась в оборот. Кроме того, все родные, исключая Оксану, уговаривали ее принять предложение Генриха. Случилось еще одно событие, которое окончательно развеяло теплящуюся в душе надежду, что можно и нужно поступить иначе: забыть обиды, набраться смелости и попросить помощи у Вадима.
Марта — его дочь, это можно легко доказать, сделав тест ДНК. А если учесть и внешнее сходство…
Не может быть, чтобы его сердце не дрогнуло! Одно дело — разговор с Александром Ильичом четыре года назад, когда девочка еще не родилась, и совсем другое, когда достоверно знаешь, что ты — отец, когда смотришь в глаза ребенку, так похожему на тебя в детстве.
Ведь Катя не единожды листала семейные альбомы Ладышевых и хорошо помнила, каким был Вадим!
Словно уговаривая себя, она все чаще заходила на страницу Ладышева в фэйсбук, просматривала практически чистый профиль, узнавала общих друзей, а однажды ночью решилась: написала письмо-исповедь, начиная с первого дня беременности. Что чувствовала, почему не призналась раньше, просила прощения. Закончив длинное-предлинное письмо, она поискала в почте адрес Вадима, но, странное дело, не нашла: не было его ни в отправленных письмах, ни в полученных, ни в папке с черновиками.
Не выдавал и поисковик. Озадаченная, она решила продолжить поиски утром. В крайнем случае попросит Веню найти адрес.
Решимость Кати связаться с Ладышевым была настолько велика, что она едва не сделала это прямо перед сном. Но что-то остановило в последний момент: то ли чрезмерная усталость, то ли страх… Не так-то просто далась ей эта исповедь.
