Компания продолжала успешно работать, исправно перечисляла дивиденды на личный счет Хильды, время от времени жертвовала деньги детскому фонду имени Вайса Флемакса, стала полноправным соучредителем совместного предприятия и строящегося под Минском завода. И всё же, как мог, Ладышев старался поберечь финансы «Моденмедикал». Потому и согласился на предложение Лесина.
Теперь ему предстояло срочно избавиться от преследования кредитора и его дочери. Объяснять Хильде ничего не пришлось: в очередной раз она категорически отказалась вникать в суть дела, объяснив это тем, что компания принадлежит не ей.
Да, она не выполнила волю Мартина, но лишь юридически. Вадим сам вправе распоряжаться средствами так, как считает нужным.
Подготовив документы и отдав распоряжение на перевод денег, Ладышев вернулся в Минск и в тот же день получил по почте письмо, в котором банк Лесина официально требовал вернуть кредит в недельный срок, иначе дело передадут в суд. Договор, мол, был подписан не уполномоченными на то лицами. Ну и так далее…
Вадим только усмехнулся: зря он не прислушался в свое время к совету Поляченко, не стоило ему связываться с этим человеком.
С другой стороны, у него есть запущенное в эксплуатацию здание. И построено оно на совесть. Лесин словно для себя старался, что в свете последних событий весьма походило на правду.
Кредит Ладышев закрыл через три дня, а еще через день ему позвонил Лесин.
— Недооценил я тебя, — зло процедил он. — Выкрутился… Вот только свою дочь я в обиду не дам!
— Вашу дочь сложно обидеть, — ответил Вадим.
— Сама кого хочешь обидит. Так что здесь вы не по адресу, Леонид Самуилович. Спасибо за совместную работу.
— Ну-ну, — буркнул тот. — Поговорим еще.
Разговор прекратился. Как и преследования Ады. Разве что успела разместить в соцсетях фотографии памятного ужина в ресторане. Как он и предполагал, в зале велось качественное видеонаблюдение, и съемка выбранного ею столика шла с трех сторон. Найти удачные кадры «романтического вечера при свечах» было делом желания. И влюбленный взгляд, и нежное объятие с сидевшей на коленях женщиной, в декольте которой он буквально уткнулся носом, были не монтажом, а всего лишь удачно выбранными моментами.
Добавила она и несколько «подтверждающих» кадров с концерта: вот он, улыбаясь, что-то шепчет ей на ухо, практически касаясь кожи губами, вот смотрит с вожделением. Непонятно только, откуда взялось кольцо, которого он вообще не помнил. Но хештег многое объяснял «#старыйновыйгодлюбовькольцосчастья».
