Потому вслед за запросом Катя ей написала: «Леночка, дорогая, здравствуй! Я в Минске, хотела с тобой встретиться. Прости, но я ничего не знала об Элечке. Понимаю, уважаю, люблю. Ответь, пожалуйста. Катя».
Отправив сообщение, она закрыла ноутбук, отключила в телефоне мобильные данные и заползла к Марте под одеяло. Было слышно, как на кухне, заканчивая перерабатывать грибы, возятся отец с Ариной Ивановной, тихо переговариваются между собой. Возможно, хотят и с ней поговорить, ждут, когда выйдет.
Но выходить к ним Кате не хотелось: впечатлениями о лесе и грибах они уже обменялись, о вчерашней продаже квартиры она тоже всё рассказала.
Ни о чем другом больше говорить не хотелось. Да и нечего сказать: историю о том, как она едва не попала в лапы бандитам, им лучше не знать, о том, что случилось между ней и Вадимом, — тем более. Это ее личное: и горе, и счастье.
«И все же жаль, что я не успела рассказать Вадиму о Марте… — подумала она, закутываясь в одеяло. — Всё против меня. И это долгожданное письмо из Японии, и слова Поляченко… Все против нас… И приговором звучат слова…»
Отбросив одеяло, Катя даже присела на диване, настолько явно прозвучала в голове стихотворная строка.
Стихи к ней не приходили больше четырех лет. Не слышала она их мелодии, все мысли были сосредоточены на здоровье дочери. И вот на тебе!..
Надо записать!
Все против нас… И приговоромЗвучат слова. Несправедливо.А помнишь, как всё начиналось?Так долгожданно, так красиво.А помнишь, как всё продолжалось?Ругая время-быстротечность,С какою жаждой целовались,Как нас любила бесконечность!Паденья, бездна, звезды, небо —И нежность в каждом взгляде, вдохе,То — обреченность, то — надежда.
Машина на лесной дороге…Как бесконечен миг любви,Как дорого его познанье!Минуты умиротворенья…Рука в руке, одно дыханье…А помнишь, чем всё же завершилось:Мы улыбались и мечтали.…Всё против нас? Неправда, милый,Пока мы против нас не встали.Перечитав по привычке набранные на одном дыхании строки, Катя снова опустила крышку ноутбука.
«Надо со всем этим переспать, — снова укуталась она в одеяло. Слегка знобило: то ли от эмоций, то ли всё же подмерзла днем под дождем. — Возможно, завтра все будет восприниматься иначе…»
Но сон не шел. Уже и согрелась, и несколько раз до ста в уме посчитала, но никак не удавалось отрешиться от воспоминаний о событиях прошедшего дня. Улыбалась, вспоминая до мелочей подробности и утреннего разговора, и поездки в лес.
