Вчера мы с ней решили выставить на продажу квартиру на Чкалова, тебе помочь. Саше пока не говорила: зол он был на тебя, и мне досталось бы. И теперь не знаю, как сказать: расстроился сильно… Получается, Генрих…"
"— Всем соврал, — закончила фразу Катя. — Спасибо вам и Оксане, но пока не торопитесь с квартирой: моей должно хватить. И папе пока ничего не говорите… Арина Ивановна, вы посмотрите за Мартой? Она еще как минимум час проспит. А мне в агентство надо, я уже договорилась о встрече.
— Конечно, посмотрю! Мне только завтра на работу.
Я на твоей стороне, Катенька: по любви надо замуж выходить. И, в отличие от отца, мне Ладышев сразу понравился. А я за свою жизнь много мужчин перевидала в больничных стенах… Понимаешь, настоящий он. И отец твой настоящий, и первый муж мой, Оксанкин отец, таким же был. В том, что развелись, не только его вина была. Жаль, рано ушел, не успела перед ним повиниться.
— Вы правы: Вадим настоящий, — согласилась Катя. — Только мне казалось, что вы на него злитесь. Вам ведь досталось после его побега из больницы.
— Глупости, — отмахнулась Арина Ивановна. — Выговор мне тогда объявили, это правда. Но ровно три года после этого отработала заведующей отделением. И продлить предлагали, сама отказалась. Устала, возраст пенсионный.
— Так почему сейчас работаете?
— Так в основном из-за денег, — улыбнулась женщина. — Ну и по работе, конечно, скучала… Катя, а ведь я встретила его на перроне.
— Кого? Вадима?!
— Да. Он меня еще о чем-то спросил, но я растерялась.
Можно сказать, сбежала. Испугалась, что он там не просто так, а вас встречает.
В голове у Кати яркой искоркой мелькнула невероятная надежда, но… тут же погасла.
— Случайность, Арина Ивановна. Совпадение. Он не мог знать о нашем приезде. Возможно, тоже кого-то встречал, — предположила Катя и вспомнила дружелюбного японца: «Я даже догадываюсь кого».
— Скорее всего, — согласилась женщина. — Жаль, что я об этом отцу рассказала.
— Не корите себя. На тот момент вы поступили правильно, как настоящая жена, — Катя грустно улыбнулась.
— Спасибо вам за папу! Благодаря вам, я за него спокойна. И для меня вы давно не мачеха, вы… как мама. А Оксана — родная сестра.
— Тебе спасибо! — расчувствовавшись, Арина Ивановна смахнула слезу. — Езжай, куда тебе надо, и не волнуйся за Марту.
Катя кивнула, на цыпочках пошла обратно в комнату.
— А папа что скажет? — остановилась она у двери.
— Да папа ради твоего счастья жизнь готов отдать, — успокоила Арина Ивановна.
