– Не знаю… – выдыхаю и качаю головой, сама уже не понимая, что происходит вокруг. – Может, я просто схожу с ума…
– Ложись отдыхать, а мне нужно уйти ненадолго.
– Хорошо.
Ничего больше не спрашиваю, не хочу ничего знать, просто устала. Поднимаюсь и иду в свою комнату. Без сил опускаюсь на кровать и закрываю глаза, мечтая поскорее заснуть. Ведь только во сне ко мне всегда приходит Иван. Только в той параллельной вселенной я могу быть рядом с ним, касаться его, целовать…
* * *
Сквозь сон чувствую на себе пронзительный взгляд, от которого по коже бежит морозец.
Сердце за секунду разгоняется и с размаху врезается в ребра, пробуждая меня окончательно. В ужасе распахиваю глаза и часто дышу, прислушиваясь к ощущениям. Мне кажется, в комнате кто-то есть, но я не уверена. Стараюсь не шевелиться и хоть немного унять гулко колотящееся в ушах сердце.
Осторожно переворачиваюсь на другой бок и застываю в ужасе. У окна стоит мужчина. Точнее, я вижу лишь темный силуэт, но четко осознаю, кто это. Незаметно щиплю себя и отчетливо чувствую острую боль.
Это не сон! Не может быть! Душа уходит в пятки, а тело начинает бить мелкий озноб.
– Ванечка, – беззвучно шепчу одними губами и не верю своим глазам.
Он словно слышит меня и оборачивается. Но не предпринимает попытки приблизиться. Не вижу лица, но точно знаю, что это Иван. Чувствую его жесткий взгляд, от которого все внутри переворачивается, и бешеную энергетику. Она беспрепятственно проникает в меня и сотрясает своей мощью и силой.
– Ванечка, – повторяю чуть громче и решительно поднимаюсь с постели.
Ноги ватные и почти не слушаются меня, но я упрямо двигаюсь навстречу. Иван не шевелится, просто смотрит на меня. Останавливаюсь в метре от него и наконец получаю возможность заглянуть в его блестящие глаза.
– Хороший мой. – Голос срывается от переполняющих эмоций, но я все равно продолжаю. – Ты вернулся… Господи, Ванечка… я так соскучилась…
Касаюсь его лица пальцами, ощущая, как покалывает подушечки. Обрисовываю линию бровей, скул, обвожу любимые губы и отчаянно не понимаю, почему он не реагирует.
Почему стоит, словно истукан, и ничего не говорит.
– Как ты могла, Вика? – Хриплый, пропитанный ядом шепот, лупит наотмашь. – Почему мой брат?
Вздрагиваю от неожиданности и хватаюсь за его плечи, чтобы сохранить равновесие. Боже, он знает… но не всю правду. Беру его лицо в ладони и вынуждаю смотреть мне в глаза. Слезы радости катятся по моим щекам и размывают картинку.
