Только без глупостей, – строго предупреждаю и распутываю его ноги.
– Я понял. Мы же договорились.
Так-то лучше. Помогаю ему встать и пропускаю вперед. Вперед, к свободе.
Глава 12
Виктория
Мечтательно улыбаюсь и кружусь по кухне, готовя обед. Малыш активно пинается в животе, а настроение на удивление очень хорошее, на душе как-то легко и спокойно, словно тяжелый груз свалился с плеч. Только побывав в больнице, пролежав там месяц, как под дамокловым мечом с угрозой выкидыша, я научилась ценить то, что имею.
Ванечку я не забыла и не отреклась от него.
Он по-прежнему живет в моем сердце и мыслях, но я больше не плачу по нему. Смогла собрать себя воедино и принять эту непростую ситуацию как данность, как выпавшие на нашу долю испытания, которые придется пережить."
"А может, общение с психологом, на котором настояла моя врач, пошло на пользу. Он помог мне переосмыслить ценности и собраться. Взглянуть на все под другим углом и научиться просто жить, не держась за горе, не множа негатив внутри себя. И мне стало легче.
Я успокоилась и смирилась со своим положением и состоянием. Беременность и предстоящие роды вышли для меня на первый план. Главное, сохранить ребенка. Нашего с Иваном сына.
Мелодичная трель дверного звонка разлетается по дому. Мягко улыбаюсь и спешу в коридор. Это, вероятно, Павел, приехал, чтобы отвезти меня сначала за Нюсей, а потом в парк. Дочке так меня не хватает, она скучает, а я пытаюсь проводить с ней как можно больше времени. Сегодня мы решили провести выходной вместе и покататься на лодке.
Не ощущая подвоха, распахиваю дверь и замираю в немом изумлении. Перед мной стоит Лютаев собственной персоной и гаденько ухмыляется. Улыбка медленно стекает с моего лица, а сердце начинает метаться в груди и искать себе место.
– Ну здравствуй, дорогая. – От его взгляда по коже ползут неприятные, колючие мурашки, а дыхание застревает в горле.
– Не может быть, – закрываю рот ладонью, чтобы сдержать крик, рвущийся наружу, и по инерции пячусь, сама того не осознавая, открываю ему проход в дом.
Чем он сразу же и пользуется.
– Только не говори, что не рада мне…
Михаил решительно наступает на меня, а я упираюсь в стену. Нависает, словно скала, и словно придавливает, мешая нормально дышать.
– Что тебе нужно? – выдавливаю из себя и нервно сглатываю. Бежать некуда и помощи просить не у кого. Я одна. Ивана больше рядом нет, чтобы защитить меня.
– Я же обещал, что вернусь за тобой, – хмыкает он и довольно щурится, упиваясь своим превосходством.
