Одна сквозняком прошла, оставив на память лишь бледные неровные пятна на коже на месте входного и выходного, а вот вторая влетела куда «удачней» — в кость, расколов ее на несколько кусков. Будь мы в обычном мире — мог бы остаться инвалидом, но даже в Приграничье есть свои преимущества — медицина. Кость мне собрал какой-то гимназист-целитель, которого привез лично Линев, а залечивал за ним уже Салават.
Из всего процесса «оперативного вмешательства» помню только то, что двое суток спал почти не просыпаясь, и сны снились какие-то дурацкие — темные коридоры, темные твари, синеватый искрящийся снег и дикий холод, но мне при этом почему-то еще и жарко было.
Да, лежал не в Госпитале, а в ведомственной Дружины, рядом с их Центральным участком. Из всех нас провел там больше всего времени — целую неделю. Лежал, читал книги, болтал с Милой, которая каждый день приезжала с утра. К обеду Мила возвращалась в магазин, а я присоединялся к Дмитрию и Хмелю возле телевизора — взяли в привычку смотреть старое кино, благо у телевизора стоял «видеобанк» на несколько тысяч фильмов.
Дмитрию же досталось от столкновения со стеной. Голову шлем прикрыл, но от сотрясения не спас, и к сотрясению добавилась компрессионная травма позвоночника, так что ходил он сейчас в некоем подобии высокого ошейника с наклеенными на него деревянными кругляшами восстанавливающих амулетов. Но, в отличие от меня, ходил без костыля хотя бы. А амулетов и на мне хватало, бедро было в шинах с такими же.
Ранение Хмеля было скорей больше раздражающим, чем тяжелым.
Укус вампира оставил две дыры, вроде и не слишком глубоких, которые начисто отказывались затягиваться из-за того, что тварь из другого мира оставила в ране некий след «резидентной магии». Та конфликтовала с магией нашего мира, отталкивая ее и не давая лечить. Из-за чего Хмель половину каждого дня проводил на процедурах, возвращаясь утомленным и злым. Но все же рана понемногу залечивалась."
"Легче всех отделался Саня. Плевун поразил его Стужей, а это в Форте ранение привычное.
Да и сам Саня вовремя меры принял, так что лечился амбулаторно, дома спал, в своей кровати.
На четвертый день пребывания в больнице заехал Линев. Позаимствовав кабинет главврача, который как раз был на обеде, он пригласил меня туда и выложил передо мной папку с бумагами.
— Ведьмы подписали передачу особняков компании «Новый квартал», — сказал он. — Так что выходите — и можете начинать.
— А с финансированием?
— Дадут.
