— А я должен?
— Ну конечно! Для тебя всегда такая проблема выделить нам лишний кег пива, теперь в этом больше нет нужды!
И в самом деле — нужды в этом больше не было. Медные баки, блестящие и красивые, без всякого сомнения, были частью мини-пивоварни, вполне сопоставимой по производительности с моей. «Западный полюс» начал варить собственное пиво, поставки со стороны им больше не требовалось.
Я будто удар под дых пропустил.
Владимир Михайлович взял со стойки кружку пива и протянул мне.
— Оцени!
Я взял пиво и посмотрел на делового партнера, теперь уже бывшего.
— Ты пробуй, Слава, пробуй.
Моя улыбка вышла на редкость жалкой, но деваться было некуда. Я отпил. Глотать не стал и с отвращением выплюнул пиво обратно в кружку.
— Моча! — объявил во всеуслышание, ставя ее на стойку.
Ханин зло глянул на меня и отметил:
— Это было… обидно.
— Зато честно, — парировал я и зашагал на выход.
— Слава, подожди! — нагнал меня дружинник. — Мы будем брать бутылочное!
Я обернулся.
— Не пойдет, Владимир Михайлович.
Умерла так умерла, — с ходу отклонил это предложение. — Если разрываете контракт, то целиком и полностью.
— Как скажешь, — прищурился Ханин. — Сам себя наказываешь.
— Посмотрим, — пожал я плечами и многозначительно добавил: — «Если ты вырвешь волосы, ты их не вставишь назад».
— Звучит как угроза.
— Если я раскидаю ваш объем, возобновить поставки не смогу.
— Твое право, — спокойно принял это заявление Владимир Михайлович. — Но пойми и ты нас: мы не можем позволить себе зависеть от кого-либо.
Это плохо для бизнеса.
— Ерунда! — отмахнулся я. — Варите из концентратов, так? Везут их вам из Северореченска, без них пивоварня встанет. Ну и какой смысл?
— У нас контракт на три года с фиксированными ценами.
— Рад за вас. — Я развернулся и поспешил на выход.
Не могу сказать, будто так уж невыносимо было оставаться в клубе, просто требовалось срочно кое с кем переговорить. Пригласив на открытие пивоварни, монтаж и запуск которой держался в секрете, Ханин невольно оказал мне большую услугу, и я намеревался воспользоваться этим обстоятельством без промедлений.
От площади Павших до клуба «Ширли-Муры» идти было десять минут, я уложился в пять. Сдал на входе револьвер, нож и ключи, в кольцо которых было залито примитивное и вместе с тем чрезвычайно действенное заклинание «Щелчка», прошел в бар и поинтересовался, на месте ли управляющий.
— Проходите, Вячеслав Владимирович, — указал на второй этаж бармен, — он в кабинете.
