Вокруг лес, но никаких синих вкраплений, а самый страшный монстр здесь медведь. Банд на дороге не ждешь. Конвой не нужен. Ты просто едешь на машине. Едешь себе и едешь, как другие ездят.
Еще странно, что мы с Милой вдвоем на заднем сиденье. И то, что на заднем, и то, что с ней, и то, что спокойно все так.
— Как тебе здесь?
— Тихо. Спокойно. Немного скучно, — ответила она. — Дом слишком большим кажется. Машина слишком большая. Отвыкла от всего такого.
— По Форту скучаешь, что ли?
— Я по тебе скучаю, бестолочь, — вздохнула она.
— Я думала, что ты сюда насовсем, обрадовалась.
— Насовсем пока не могу.
— А потом?
— Сказали, что это лечится. Надо лечиться и ждать.
— И потом сюда?
— Наверное, там видно будет. Не люблю загадывать, потом вечно все обламывается.
— Тебя сначала домой? — спросил Дюпре.
— Давай домой, я хоть переоденусь. Ты в магазине будешь?
— А где я еще могу быть?
Он холостяк и оружейный маньяк, так что магазин для него лучшее место в мире. Ну еще стрельбище. И охоту любит.
— Мы тогда подъедем, надо заказ как-то сформировать.
"
"— Никаких проблем, я уже семь машин закупил, — засмеялся он. — Ты же не думаешь, что я их покупаю к каждому его приходу? — Дюпре кивком показал на Платона.
Пикап плавно свернул с шоссе направо, в сторону местного гольф-клуба «Северная звезда», я там жил неподалеку. Хорошее место, «выше морозного тумана». Если кто не местный, тот и не поймет, что это значит. А означает это то, что город в котловине, и чем ниже, тем холодней, если по-простому объяснять.
Несколько поворотов — и вот дом. И правда большой какой-то… как после той действительности кажется. В таком «ранч-стиле», длинный, в один этаж, да еще и гараж аж с тремя воротами пристроен, что делает его еще длинней.
— Все, жду тогда в магазине, — сказал Дюпре. — Этого только в аэропорт отвезу.
Контакт Платона в Фэрбэнксе работал в аэропорту, это я давно уже понял. Но специально не пытался выяснить, кто это. Не говорит — значит, не хочет, его личное дело.
Мы вышли, машина сделала круг перед домом и уехала, рыкнув двигателем и прохрустев покрышками по гравию, которым была засыпана площадка перед домом.
— Пошли? — спросила Мила.
— Пошли.
Это странное ощущение, когда оказываешься дома после по-настоящему долгого перерыва. Вроде бы все знакомое и в то же время странно чужое. Ощущения конфликтуют с разумом. Разум говорит, что ты у себя дома, а ощущения начисто отказываются в это верить.
А так… все как было. Все на прежних местах.
