Закрывшись от нас, он назвал имя той, кто станет отныне проводницей. Народ подземных шиешеров просит вас, госпожа, принять нас и позволить нам снова чувствовать нашего создателя.
Ну, по крайне мере, ничего неожиданного не произошло. Эти тоже нужен связывающий, только они называют меня проводницей. Интересно, в Вильхельме много таких вот народов. Сам лес, насколько я знаю, большой, так что не исключено, что меня разок другой ещё позовут поделиться своей кровушкой. Кстати, насчёт этого.
— И что я для этого должна сделать?
Соглашаться, не узнав подробности, по меньшей мере, глупо.
Вдруг тут для этого нужно, например, оттяпать себе руку. На такое я не согласна.
— О, ничего такого, — снова улыбнулась арахна, а у меня по спине табуном пробежали мурашки. Следующие минуты будут сниться мне по ночам в кошмарах. — Всего лишь позволить мне себя сожрать! — секунду назад красивое лицо королевы исказилось в гневе. Она распахнула рот, вернее, даже не рот, а пасть. Размер был слишком большим. И в этой пасти хорошо были видны клыки, с которых что-то капало.
Клыки были длиной как минимум сантиметров в пятнадцать, и как такие штуки помещались раньше в её рту? — Это какая-то шутка? Я, великая королева народа шиешеров, должна поклоняться какой-то человечке?!
Она говорила, жутко шепелявя, но понять слова всё-таки было не сложно. Да и рот при этом не закрывала. Как она говорит? Чем? Не думаю, что сейчас время размышлять об этом, но ничего не могу поделать, мозг сам цепляется за странности.
Охтарон среагировал быстрее меня, он тут же схватил меня за руку и куда-то потащил. Я же впервые мгновения вала в ступор.
Остальное отпечаталось в мозгу лишь фрагментами.
Арахна замахивается передними лапами, на которых откуда-то взялись наросты, очень похожие на ножи. Вот она быстро преодолевает те жалкие несколько метров до нас, и слишком, слишком быстро опускает свои лапы.
Следующий кадр. Я прижата эльфом к стене, но я вижу, что белоснежная арахна с кем-то сражается. Небольшую пещеру наполняет шипение, скрипы, скрежет, от которого желудок до самого горла подскакивает.
Кто-то что-то говорит, с каждой минутой становится всё громче. К предыдущим голосам добавляются другие. Я сама не понимаю, что меня трясет. А ещё в голове пусто. Я ведь знала, что такое всегда может случиться, но отчего-то всё равно было неожиданно.
Благо, ступор пропал довольно быстро. Вздохнув глубже, чуть пошевелилась.
— Не стоит, — послышался голос Охтарона.
