Я успела перехватить ее.
– Нет! Тиффани умнейшая и добрейшая собака. Она вытаскивает из-под завалов младенцев и держит их с величайшей осторожностью.
Макс высунулся из домика.
– Там бездна барахла на полу! Женя, Серега, идите сюда!
– Выкидывайте все дерьмо на!.. – взвигнула Карина.
– Мам, все будет хорошо, – сказал сзади знакомый голос.
Я обернулась и увидела Кирюшу.
– Роню найдут, – продолжил он, – у меня такое ощущение, что…
– Да иди ты со своим ощущением на!.
. – пошла вразнос Карина. – Где мой любимый мальчик? Где он? Где мой любимый сын?
Из домика тем временем доносились разные звуки, затем Максим вышел на крыльцо.
– Тиффи уверена, что под полом кто-то есть. Придется ломать доски.
– Там есть люк, – неожиданно спокойно сказала Карина, – в нем было кольцо, оно куда-то подевалось, поэтому и непонятно, что там подпол. Когда мы въехали сюда, повесили на стенах сарая стеллажи. В избенку сносят всякую белиберду.
Подвал один раз открыли, убедились, что использовать его нельзя, это просто яма, непонятно зачем ее вырыли. Больше туда не заглядывали. Разнесите там в щепки все, что считаете нужным.
Макс исчез. Карина, Кирилл и я стояли молча. Через некоторое время к нам подошли Кузя, Дегтярев, Собачкин, Светлана и Марина с большим термосом и одеялом, которое она повесила себе на плечи. Все молчали. Из домика донесся стук, треск, потом Максим сказал:
– Тиффи! Давай!
И спустя пару секунд собака издала громкое:
– О-о-о, а-а-а-у-у-у!
– Он умер! – ахнула Карина и опустилась в снег.
Март выдался холодным, за городом до сих пор есть сугробы.
Я попыталась поднять соседку.
– Нет, нет. Тиффани всегда так поет, когда находит кого-то живого. Это не вой.
– Не надо мне врать, – прошептала Карина.
И тут из домика вышел Гена, он нес Роню. Руки мальчика болтались в воздухе, голова лежала на плече спасателя.
– Мама, мама, Роня жив, – начал теребить Кару Кирюша.
– Куда вы его несете? – спросила Светлана.
– В машину, – ответил Максим, – парня надо срочно в больницу отправить.
– Поеду с вами, – засуетилась Карина.
– Я тоже, – сказал Кирюша.
– Ты вообще не нужен, – огрызнулась Светлана Алексеевна, торопясь за спасателями.
Кирилл вздрогнул, но последовал за матерью и бабушкой.
Мы молча пошли к воротам участка Буркиных.
