Я почувствовала, как завибрировал телефон у меня в сумочке. Это было сообщение от Мейсона.
Давай поговорим, Барбара."
"Первые несколько дней он делал вид, что меня не существует, но к концу недели захотел наладить между нами отношения. Я отказала, ведь испытывала одновременно и злость на него и вину за свои проступки. Я знала, что Мейсон любит меня, раньше это было видно в каждом его действии, а тот факт, что он все равно пытается помириться, говорил о том, что разлюбить кого-то, даже если он обидел тебя, не так-то и просто.
Мне самой было тяжело, ведь Мейсон мой друг и был им с самого рождения. Но лучше, если я буду сукой, лучше для Мейсона. Ему нужно перестать ждать от меня то, что я не смогу ему дать, а судя по его взглядам, которые я ловила в школе, он все еще лелеял надежды на наше воссоединение.
На бочку встал следующий парень, толпа засвистела, приветствуя нового «игрока», и я улыбнулась, но улыбка слетела с моего лица практически сразу, стоило заметить позади всего этого безумия знакомую мужскую фигуру, вальяжно привалившуюся плечом к стене.
Белая футболка, которые он просто обожал, потертые джинсы – амбассадор комбинации небрежности и утонченности. Он не улыбался, в глазах его не было веселящихся искорок. Ведь подобное ребячество – это не в характере Джефри. Серьезное лицо, тяжелый взгляд – вот он, настоящий, и сейчас этот стальной обжигающий холодом, словно жидким азотом, взгляд был направлен прямо на меня.
Он не был одним из тех придурков, кто встает вверх ногами на бочку с пивом и под оглушительные крики толпы втягивает в себя алкоголь. А после спрыгивает с бочки и с широкой улыбкой принимает поздравления. Он тот, кто в этот момент стоит позади всех, смотрит на людей с легкой усмешкой, сквозящей презрением. Он был тем самым львом, царем зверей, среди обезумевших мартышек. Спокоен и сдержан.
Рядом с ним стояли две девицы, которых я видела впервые.
Обе брюнетки. Одна уже предвкушала их секс, а вторая в своих мыслях уже воспитывала их общих детей. Мое сердце сжалось, а руки опустились с зажатым в них телефоном. Та, что была повыше, поняла, что Фостер смотрит на меня, и ей это совсем не понравилось. Она кокетливо обвила его предплечье, мышца на щеке Джефри дернулась, прежде чем он небрежно скинул ее руку со своего предплечья и направился ко мне.
